Россия и кочевники. От древности до революции

В целом большинство кочевых народов воспринимали вхождение в состав России как свободный выбор, взаимовыгодный договор. Башкиры подданство царю рассматривали как результат взаимного согласия с Москвой[370]. Калмыки после принятия русского подданства продолжали жить в рамках своего самостоятельного ханства. От казахских владетелей русское правительство кроме присяги на верность, небольших даров и присылки аманатов (заложников) не требовало других знаков верности. Русско-казахские отношения в рамках протектората (с 1731 г. по начало XIX в.) можно обозначить как номинальное подданство. Казахские степи оставались вне пределов Российской империи, хотя и были полукольцом охвачены линиями русских военных укреплений. Русское правительство не вмешивалось во внутреннее управление казахов, а старалось влиять на Степь через казахских же ханов, сделав их орудием своей восточной политики[371].

При всех сложностях во внутриполитических и межэтнических отношениях Россия в глазах ее подданных порой выглядела носительницей свободного и справедливого правления. Так, башкиры первоначально расценили монархию Ивана IV как менее жесткую политическую систему по сравнению с прежним ногайским наместничеством на своих землях. В таком же ключе сравнивали власть цинского богдыхана и русскую власть монголы, переселившиеся из Китая в российскую Сибирь. В середине и второй половине XVII в. наблюдалось бегство зависимых калмыков в соседние русские селения и города. Там они оказывались вне досягаемости своих ханов, нойонов и тайшей[372]. Казахи, опасаясь одновременных военных действий против них России и Китая, стояли перед выбором – подчиниться одной из сторон, найдя таким образом защиту от второй. Бóльшая часть казахов предпочли российское подданство[373]. Таким образом, при вхождении кочевых народов в состав России в основном не проявлялся какой-либо антагонизм между ними. Кочевников не особенно пугало то, что Россия – это «оседлое» государство.

Важным вопросом в присоединении «кочевых» территорий и их освоении является оценка роли русского казачества. Британский историк А. Тойнби оставлял ему заслугу в покорении Великой степи и «победе над кочевниками»: «Казаки дали достойный ответ на вызов кочевников Великой степи на юго-восточных границах православного христианства». Они, «одержав эту беспрецедентную победу, были пограничниками русского православия, противостоящими евразийским кочевникам… В неравном союзе с Московией, которая усиливала свою экспансию, но не лишила казаков свободы, казацкие владения распространились до сибирских рек, впадающих в Ледовитый океан»[374]. Можно согласиться с такими выводами, однако необходимо уточнить, что сибирские владения были не казацкими, а российскими. Казаки не были самостоятельным субъектом международных отношений. Все их земли к моменту начала освоения Сибири были включены в состав России. Освоение и заселение окраин государства казаками чаще всего происходило с санкции российских властей.

Но есть у А. Тойнби и весьма спорные выводы – например: «Подобно тому как современные западные “строители империи” подавили своих примитивных противников превосходящей индустриальной мощью, казаки подавили кочевников, опираясь на развитую культуру земледелия»[375]. Известно, что казаки в земледелии как раз не были сильны. Изначально они вообще им не занимались, т.к. получали пропитание и доходы, в основном, за счет войны и набегов. Слабость казачьего земледелия в степях отмечалась вплоть до конца XIX в., о чем будет сказано далее в книге.

Еще одно спорное утверждение А. Тойнби: казаки использовали против кочевников реки как оборонительные рубежи, потому что «реки были серьезной преградой для кочевников-скотоводов, не имевших навыков использовать их в качестве транспортных артерий»[376]. Действительно, казачьи укрепленные линии в Степи часто располагались вдоль рек – например, Яика и Иртыша. Это было сделано потому, что реки удобны для обороны. Однако, если кочевники не умели пересекать реки, как тогда монголы и другие кочевники-завоеватели смогли дойти из глубин Азии до Европы? Известно, что монголы предпочитали передвигаться зимой именно по замерзшим рекам и другим водоемам. Также известно, что в первой трети XVIII в. казаки на Яике претерпевали мощный натиск со стороны казахов[377]. Таким образом, казаки сдерживали кочевников вдоль рек не потому, что последние не умели пользоваться реками, а потому, что казаки исполняли приказ российских властей не позволять кочевникам эти реки переходить.