Россия и последние войны ХХ века

Тем самым армия, честно и с большими жертвами выполнившая поставленные перед ней задачи, вновь перемещалась - и едва ли не с коварным умыслом - в положение "крайнего", превращалась в объект раздражения и недовольства со стороны населения и жестоких провокаций со стороны неких закулисных теневых сил. Депутат от Чечни Асламбек Аслаханов намекает на какую-то ночную армию "Летучая мышь", действующую по типу "эскадронов смерти", поступают сообщения об унсовцах, которые, переодетые в форму российских спецназовцев, по ночам уводят людей на расстрел.

Глава администрации Урус-Мартановского района Ясаи Ширвани сетует: "Люди в камуфляжной форме и масках проводят какую-то операцию. Какую, только им самим ведомо. Забирают людей, а мы, администрация, не можем понять, кто проводил операцию и куда увезли людей... Никто ведь не выступает против "зачисток" и проверок. Но мы против того, чтобы страдали безвинные. С июня у нас в районе погибли почти 200 человек, 150 ранены. За последние две недели более 20 человек пропали без вести. Мы их нигде не можем найти! Не знаем даже, кто их задержал! Народ возмущается, но мы ничего не можем поделать. И решить эту проблему самостоятельно мы не в состоянии".

Ясно, что вариантов ответа на вопрос "кто?" в сложившейся ситуации может быть множество, а сам такой ответ, способный внести ясность и хоть сколько-нибудь успокоить население, требовал проведения соответствующей предварительной работы. Однако проводить ее никто, похоже, не собирался. Армия же, чье присутствие и функции в Чечне с окончанием, как уверяло политическое и военное руководство, если не самой "контртеррористической операции", то войсковой ее части (а согласно удивительному заявлению Сергея Ястржембского, война в Чечне вообще "закончилась еще в марте 1999 года с боями под Комсомольским") чем дальше, тем становились более непонятными, неизбежно начала превращаться в точку фокусирования всех накопленных населением в ходе войны отрицательных эмоций.

А весь сценарий начинал - если не буквально, то в основных чертах напоминать сценарий 1995-1996 годов, с его диалектикой превращения победы в поражение и отторжения армии искусственно возбуждаемой и "благородно негодующей" общественностью. В первую очередь, той, что комфортабельно и безбедно проживает в Москве и стоит у кормила СМИ.

Верно, что в 2000-2001 годы никто не объявлял формального моратория, превращавшего солдат в дичь для боевиков. Однако вынужденные и, возможно, неловкие действия армии (неловкие по определению, ибо по природе своей она предназначена для войсковых операций в боях с четко названным противником) в той ситуации диффузной диверсионно-террористической войны, в которой она оказалась, превратились в объект пристрастного и жесткого мониторинга. В сущности, ее искусственно ставили в положение невозможного выбора: либо, по образцу эпохи моратория, бездействовать, множа число жертв как среди военнослужащих, так и среди гражданского населения (разумеется, "благородное негодование" общественности было бы гарантировано и в этом случае); либо все-таки пытаться отвечать ударом на удар. Статистика же диверсионных ударов угрожающе возрастала. Слово - хронике.

8 августа: "Близ селения Самашки на радиоуправляемом фугасе подорвались два автомобиля федеральных войск. Погибли два военнослужащих, еще четверо получили ранения. На окраине Урус-Мартана на управляемом фугасе подорвался бронетранспортер внутренних войск. В результате завязавшегося затем боя были смертельно ранены двое военнослужащих и 12 получили ранения".

10 августа: "Бандформирования совершили не менее 15 нападений и обстрелов позиций и колонн федеральных сил в Грозном, Шали, Гудермесе и Наурском районе...

В районе селения Алхун в Ингушетии (!) произошел бой между подразделениями федеральных войск и чеченскими боевиками..." Имеются жертвы с обеих сторон.

11 августа: "Военное командование и правоохранительные органы не исключили возможности прорыва боевиков из Чечни в Новолакский район Дагестана и Моздока (Северная Осетия)".

Та же картина и, пожалуй, даже еще более сложная - в сентябре и октябре.

16 сентября: "В светлое время суток все районные отделы внутренних дел Грозного, кроме Ленинского района, были обстреляны чеченскими боевиками из автоматического оружия. По некоторым из них "работали" снайперы... При прочесывании леса в районе Грозного - Новые Атаги обнаружено три фугаса, предназначенных для подрыва воинских колонн, крупнокалиберный танковый пулемет, а также два автомобиля".

18 сентября: "Ударные вертолеты уничтожили в минувшие сутки три базы боевиков. Блокпосты федеральных сил обстреливались в минувшие сутки семь раз. Боевики продолжают оборудование складов с оружием, боеприпасами, продовольствием в труднодоступных горных районах с целью подготовки к зиме. Бандформирования полностью перешли к тактике партизанской войны, избегают прямого столкновения с федеральными войсками и действуют из засад с последующим немедленным и организованным отходом".