Россия и последние войны ХХ века

Именно такой сдвиг зафиксировал Кючук-Кайнарджийский мир 1774 года: окончательное превращение России в державу, без которой "ни одна пушка в Европе не стреляла", и начало заката Османской империи* . Здесь уместно будет напомнить, что Крымское ханство, возникшее в 1443 году, после распада Золотой Орды, с 1475 вплоть до 1783 года, то есть до окончательного вхождения Крыма в Россию, не было вполне самостоятельным, но находилось в вассальной зависимости от Османской империи (а Южный берег вообще являлся личным владением турецкого султана). Так что идея каких-то особых государственных прав крымских татар на полуостров никак не соотносится с исторической правдой и лишь затемняет простой и ясный факт бесспорности принадлежания Крыма, начиная с 1774 года, только России. Факт, который никем (кроме самых крайних украинских самостийников) не ставился под сомнение на протяжении двухсот лет - ни после поражения России в Крымской войне, ни в бурные годы распада Российской Империи и Гражданской войны. Бесспорная принадлежность Крыма России не ставилась под сомнение и Центральной Радой, знаменитый "Универсал" №1 которой перечислял среди земель, считавшихся УНР (Украинской Народной Республикой), "Киевщину, Волынь, Черниговщину, Харьковщину, Полтавщину, Екатеринославщину, Херсонщину, Таврию без Крыма" (курсив мой - К.М.).

Передача Крыма от РСФСР к УССР в 1954 году в международно-правовом плане не изменила ситуации, так как внешними являлись только границы СССР. Однако когда после его распада международными стали границы бывших союзных республик, положение сделалось кардинально иным. Вопрос о принадлежности Крыма впервые за 200 лет вновь выдвинулся на первый план, а способ, которым он оказался в конечном счете решен, по сути, аннулировал Кючук-Кайнарджийский договор, что, по мнению некоторых экспертов, в перспективе может возыметь далеко идущие последствия.

Юридическая процедура такого решения вопроса о Крыме и, особенно, о Севастополе остается далеко не бесспорной, так как при подписании летом 1997 года Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Украиной и Россией (именуемого "Большим договором") президентами Б. Ельциным и Л. Кучмой и при ратификации его Госдумой 25 декабря 1998 года были проигнорированы два основополагающих документа разогнанного в октябре 1993 года Верховного Совета РФ. А именно: Постановление Верховного Совета РФ от 21 мая 1992 года (№2809-1) об антиконституционности решения Президиума ВС РСФСР о передаче Крыма Украине в 1954 году и Постановление ВС РФ от 9 июля 1993 года (№5359-1) о российском статусе города Севастополя. Они никем не отменялись и, стало быть, сохраняют свою силу, что вынужден был признать и Президент РФ своим Указом от 7 октября 1993 года (№1598) подтвердивший "действие на всей территории Российской Федерации принятых Верховным Советом Российской Федерации до 21 сентября 1993 года постановлений Съездов народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации".

Кроме того, 5 декабря 1996 года Совет Федерации РФ сделал заявление о том, что "односторонние действия украинской стороны, направленные на отторжение части российской территории (то есть Севастополя - К.М.), не только незаконны с точки зрения международного права, но и наносят прямой ущерб безопасности России".

Проигнорировав все это, и Президент РФ, и Госдума превысили свои полномочия, а это значит, что у России есть юридические основания вернуться - хотя бы в перспективе - к вопросу о Крыме и, тем более, Севастополе. Однако такая перспектива на сегодняшний день является вполне гипотетической, и Россия, уже к концу XIX века владевшая тремя пятыми частями береговой линии Черного моря, свои позиции здесь утратила, что можно считать колоссальным шагом на пути к реализации доктрины Мэхена-Маккиндера-Бжезинского. Простого взгляда на карту и элементарного знания истории достаточно для того, чтобы понять неосуществимость озвученного Бжезинским еще в 1970-е годы замысла "дуги нестабильности" от Средиземного моря до Тихого океана без контроля над Черным морем. В свою очередь, невозможного без контроля над Крымом, этим "непотопляемым авианосцем", с его "командным пунктом - Севастополем" (выражение адмирала Калинина).

И хотя новая ситуация, возникшая в черноморской акватории вследствие утраты Россией Крыма и ее опорного пункта, Города Славы, в строгом смысле и, конечно, к счастью - не явилась результатом военных действий, то есть войны "горячей", ее, несомненно, можно считать одним из горьких плодов того способа, которым Горбачев и Ельцин закончили "холодную войну". А потому, с учетом продвижения НАТО на Восток, новых контуров, оформляющихся на Кавказе, возрастающего значения Малой Азии и Ближнего Востока и громадных перемен на Балканах, мне представляется совершенно необходимым хотя бы вкратце коснуться истории процесса, приведшего к столь резкому ухудшению положения России на этом, на протяжении веков сверхценном для нее направлении.