Россия и русские. Книга 1

Иногда крестьяне формировали самостоятельные партизанские отряды, но это беспокоило правительство, и оно старалось найти для таких отрядов командира из числа офицеров русской армии. Некто капитан Нарышкин раздал крестьянам запасное оружие. Они нападали на французских солдат, искавших фураж. Позднее Нарышкин получил указание воздержаться от подобных действий.

«Удивленный приказанием, столь не отвечавшим великодушному… поведению крестьян, — вспоминал впоследствии Нарышкин, — я отвечал, что не могу обезоружить руки, которые я сам вооружил и которые служили к уничтожению врагов отечества, и называть мятежниками тех, которые жертвовали своею жизнью для защиты своих… независимости, жен и жилищ»^{434}.

Правительство учредило народную милицию (ополчение), чтобы укрепить армию. Ополченцы набирались из районов, наиболее пострадавших от французов. В ополчение мог вступить не каждый. Государственных крестьян не призывали. Набирали только помещичьих крестьян, так как в этом случае хозяин ручался за их поведение. Правительство не поощряло искренних порывов добровольцев, желавших воевать с врагом. Если крепостной являлся в рекрутский центр по собственному желанию, его хватали как беглеца и препровождали в полицейский участок для суда и следствия^{435}.

Русские крестьяне сыграли жизненно важную роль в разгроме Наполеона. Они проявили небывалое мужество и боевой дух. Высшие сословия российского общества не приветствовали истинного патриотизма крестьян. Он был утверждением правды сельских общин и стремлением крестьян жить с царем-батюшкой в государстве, управляемом по канонам Православной церкви.

Война 1812–1814 гг., как когда-то Смутное время, разбудила в русских крестьянах чувства, которые они не привыкли показывать. Они верили в то, что добрый царь-батюшка наградит их волей зато, что они воевали за свою страну. Это объясняет тот факт, что большинство серьезных крестьянских беспорядков происходило в конце войны, когда шансы получить разрешение воевать уменьшались и вместе с ними уменьшалась возможность получить свободу.

После беспорядков в Пензенской губернии в декабре 1812 г. схваченные крестьяне признавались, что хотели убить всех офицеров, пойти на фронт, разбить французов, затем молить царя о прощении и просить дать им волю взамен их доблести^{436}.

Отечественная война 1812 г. была истинно народной войной. Подобное сопротивление своим войскам Наполеон встречал только в Испании. Это не означает, что русский народ с энтузиазмом поддерживал существующий режим. Люди сражались, боясь и надеясь. Они боялись захвата своей страны и надеялись сбросить путы крепостной зависимости. Они хотели стать свободными гражданами под управлением царя.

Священный союз и Библейское общество

Победа над Наполеоном заставила Александра по-новому посмотреть на свои реформаторские устремления. Он спас не только Россию, но и всю Европу. Именно Александр I убедил европейских монархов в том, что Наполеон должен быть полностью разбит, наполеоновская модель Европы отклонена, а на ее месте создан новый международный порядок. Русские войска сыграли важную роль в битве при Лейпциге в 1813 г. и победно маршировали по Елисейским полям в Париже в 1814 г. Русская армия воспринималась как ведущая континентальная держава.

Александр I был центральной фигурой Венского конгресса 1815 г., и его точка зрения воплотилась в создании Священного союза. Основной задачей Священного союза, по замыслу Александра, было поддержание мира в Европе и отражение двойной угрозы: атеизма и революции посредством согласованных действий всех европейских держав. Александр писал своему послу в Лондоне графу Ливену, что Союз должен будет «применять более эффективно принципы мира, согласия и любви, которые являются плодами религии и христианской морали, в отношениях между государствами»^{437}.

Для пропаганды своей концепции в России Александр приказал тиражировать и распространять по стране копии основных документов Союза. Важно заметить, что религией, вдохновлявшей его, было вовсе не православное христианство. Он намеревался внедрить вид «внутреннего» или «универсального» христианства, которое должно было примирять народы Европы.

Александр реорганизовал Священный синод. Теперь в нем были представлены все христианские церкви. Затем он объединил Священный синод с Министерством образования под руководством своего близкого друга князя Александра Голицына. Гибридом, получившимся в результате такого объединения, стало Министерство духовных дел и народного просвещения, которое скорее напоминало «министерство религиозно-утопической пропаганды»^{438}.