Россия и русские. Книга 2

Согласие между членами ЦК по этим вопросам не исключало их разделения на кланы, каждый из которых имел своего хозяина и «клиентов». Даже состарившись и серьезно заболев, Брежнев продолжал играть роль посредника во взаимодействии между этими кланами. Когда в 1978 г. в состав Политбюро был введен Михаил Горбачев, он с ужасом обнаружил, что Брежнев, председательствуя на заседаниях, часто теряет нить обсуждения и даже может забыть, о чем идет речь. В своих личных беседах с Андроповым Горбачев говорил об этом, на что тот ответил: «...надо делать все, чтобы и в этом положении поддержать Леонида Ильича. Это вопрос стабильности в партии, государстве, да и вопрос международной стабильности». Другими словами, пребывание на посту Генсека дряхлеющего Брежнева удерживало различные фракции в руководстве партии от открытой и жестокой борьбы. Это также отвечало интересам местных партийных руководителей, которые не хотели иметь слишком энергичного и любопытного лидера, способного вмешаться в дела в их вотчинах. Короче говоря, они заключили с Брежневым «джентльменское соглашение», которое давало первым партийным секретарям регионов практически неограниченную власть в их уделах, а они, в свою очередь, оказывали поддержку своему Генеральному секретарю, превознося его как выдающегося руководителя и вождя^{381}. Возможно, таким же было молчаливое соглашение, которое давало русским царям абсолютную власть в XVI в.

Новые руководители, пришедшие к власти, столкнулись с теми же проблемами, что и Хрущев. Как и он, они пытались повысить жизненный уровень народа, сделать Советский Союз образцовым социалистическим обществом и поднять на мировой арене военный и дипломатический статус СССР как сверхдержавы, по мощи равной США. Они направляли свои усилия на развитие всех родов и видов Вооруженных сил — армии, Военно-морского флота (как надводного, так и подводного), Военно-воздушных сил и Ракетных войск, чтобы при возникновении кризиса СССР был в состоянии продемонстрировать свою мощь в любом регионе мира. Это был настолько колоссальный проект для страны, значительно уступавшей США по уровню экономического развития, что связанное с его реализацией перенапряжение имеющихся ресурсов отрицательно сказалось на всех остальных планах по улучшению жизни народа.

Без особых трудностей было принято согласованное решение о прекращении хрущевских реформ из-за того, что они, с одной стороны, причиняли беспокойство партийному аппарату, а с другой — грозили созданием ситуации, когда управление экономикой будет передано дилетантам. Были упразднены совнархозы и восстановлены отраслевые министерства. «Раздвоение» (на сельские и промышленные отделы) партийного аппарата было также отменено, и, что еще более важно, — было отменено решение об обязательной ротации партийных кадров. Партийные секретари могли вновь считать свои места отданными им в пожизненное пользование. В 1965 г. Косыгин предпринял робкую реформу управления промышленностью, которая давала руководителям предприятий большую свободу в принятии решений относительно использования своей прибыли, направлении ее на выплату премий рабочим, на капиталовложения в новое, более совершенное оборудование. Эта реформа вводила также небольшие налоги на основные фонды в целях борьбы с «гигантоманией» и «утаиванием сверхбалансового сырья и материалов». Согласно реформе выполнение плана засчитывалось не по валовой продукции, а по объемам реализации, что повышало значение качества товаров.

Но реформа не затрагивала основ существующей экономической системы. Чтобы в полной мере воспользоваться предоставленными правами, предприятия должны были иметь возможность самостоятельно устанавливать цены на свою продукцию, а этого им никто никогда бы не разрешил. Предприятия также не были вольны принимать решения о количестве необходимых им рабочих и конкретных условиях найма. Таким образом, они не имели права увольнять нерадивых либо просто лишних рабочих, так как это нарушало бы негласный «социальный контракт» между рабочим классом и партией^{382}.

В результате темпы технического прогресса оставались медленными. Внедрение нового оборудования означало остановку производственного процесса на старых технологических линиях, а в условиях жесткой плановой экономики это было трудно осуществимо, поскольку влекло за собой временное снижение плановых показателей и — как следствие — уменьшение зарплаты рабочих. Только ВПК и космическая промышленность в целом удерживали стандарты качества на уровне международных, так как от этого зависел престиж страны. Чтобы поддержать эти стандарты на высоком уровне, власти были готовы к нарушению условий пресловутого «социального контракта» и могли даже пренебречь «его величеством планом».