Россия и русские. Книга 2

Вскоре в Красной Армии были созданы мусульманские военные части под общим руководством татарина Мирсаида Султан-Галиева, и они сыграли большую роль в разгроме Колчака на Сибирском фронте. Одновременно была образована полуав-тономная Мусульманская Коммунистическая партия, а внутри Наркомнаца появился Центральный мусульманский комиссариат, главой которого был назначен выдающийся татарский деятель Мулла-Нур Вахитов. Был также разработан план образования Татаро-Башкирской Республики, которая могла бы объединить большинство образованных и прогрессивно мыслящих мусульман России^{140}.

Однако в конечном итоге мусульмане и коммунисты совершенно по-разному представляли себе общечеловеческое братство, которое должно было прийти на смену империализму и национализму. Мусульманская умма имела очень мало общего с «пролетарским интернационализмом». Более того, с самого начала возникло немало противоречий и по непосредственным проблемам. В Средней Азии большинство рабочих, в основном железнодорожники или текстильщики, были преимущественно русского происхождения. Как объяснял в свое время председатель Ташкентского съезда Советов: «Невозможно принимать мусульман в высшие органы революционной власти, потому что отношение местного населения к власти Советов является колеблющимся и к тому же это население не обладает какой-либо пролетарской организацией». А когда в феврале 1918 г. Мусульманский народный совет провозгласил в Коканде самоуправление Туркестана, туда сразу же была послана для подавления Красная Армия. Подобным же образом Казанский совет арестовал лидеров Мусульманского военного совета Поволжья^{141}.

Да и сами мусульмане были разделены на отдельные течения со своими собственными идеалами. Члены движения Джа-дид надеялись, что революция поможет им в деле модернизации и в воспитании сознательных граждан, распространит грамотность на местных языках, освободит женщин и создаст политические институты для более широкого участия людей в управлении страной. Сейчас же некоторые из них стали мечтать о создании панисламского государства, в то время как другие все больше склонялись к идее пантюркизма.

С другой стороны, многие мусульмане отвергали саму идею модернизации. Так называемые басмачи, как и антирусские повстанцы XIX в., опирались на идеи суфийских мюридов, как правило, принадлежавших к ордену Нагшбанди, что давало им возможность поддерживать тесные связи с горными народами Кавказа. Центром басмаческого движения была Ферганская долина, а его главная цель заключалась в изгнании из Туркестана всех русских и всех коммунистов^{142}. Надежды восставших достигли вершины в тот момент, когда в Туркестане появился бывший военный министр Османской империи Энвер Паша, провозгласивший себя «Верховным командующим воинами ислама, родственником Халифа и послании-ком самого пророка Мухаммеда». Его армия басмачей наряду с басмачами эмира Бухарского захватила на какое-то время город Душанбе и окружила Бухару. И даже после гибели в бою Энвера Паши басмаческое движение не прекратило существования, а продолжалось долгие годы в виде партизанского восстания^{143}.

В 1918 г., находясь на пике успеха, Мусульманская Коммунистическая партия, развивая свои собственные идеи, пришла к выводу, что необходимо строить мусульманское социалистическое государство, которое могло бы привлечь к себе всех мусульман Азии, ведущих справедливую борьбу с империализмом. Султан-Галиев провозглашал, что «национально-освободительное движение в мусульманских странах имеет характер социалистической революции». Они надеялись превратить Татаро-Башкирскую Республику в главный «очаг революции, искры которой будут распространяться по всей Азии». Для Ленина и Сталина мировая революция,' окрашенная в мусульманские цвета и под исламскими знаменами, была откровенным вызовом и воспринималась как совершенно ненужный соперник. Чтобы предотвратить столь нежелательный ход событий, Мусульманская Коммунистическая партия была интегрирована в состав Российской Коммунистической партии, а ее отдельные военные формирования вошли в состав Красной Армии. В 1923 г. Султан-Галиев был арестован и обвинен в «национализме» и «антипартийной деятельности», став первым крупным коммунистическим деятелем, которому были предъявлены обвинения в преступных действиях^{144}.