Россия и США: фактор Путина

А.М.: — Да, но это вместо благодарности вызвало еще большую ярость в Вашингтоне — Россия не по чину берет. То же самое, я думаю, и на Украине. Ведь фактически, что хотела Россия? У России были самые минимальные реалистичные предложения, которые, если бы это не касалось России и постсоветского пространства, Америка в первую очередь бы поддержала. Так чего хочет Россия? Ведь происходит все, можно сказать, прямо у нас на заднем дворе, Украина — братская страна. Сотни лет мы в едином государстве, единая культура, корни единые. Нейтральный внеблоковый статус, положение русского языка, или децентрализация, или федерализация — то есть мы выдвигали самые минимальные требования. Но Вашингтон был категорически против, а это означает, что Вашингтон не хотел, чтобы между Западом и Россией была какая-то буферная территория. Значит, Вашингтон стратегически рассматривает эти территории частью Запада, частью НАТО. А в перспективе, возможно, — пространство, куда должна продвигаться инфраструктура НАТО.

И потом один еще очень важный вопрос про то, когда американцы вышли из противоракетной обороны. У нас были многолетние переговоры по вопросу о том, что делать с новой противоракетной обороной, которую американцы создают в Европе. Ноль результатов. И Вашингтон, конечно же, не согласился ни на сворачивание этой программы, ни на ее совместную разработку. Из чего можно сделать вывод: стремление взять верх и подчинить Россию — стратегическая цель США, что меня, честно говоря, не удивляет. Будучи политическим реалистом, я понимаю: они все еще думают, что они единственная сверхдержава и надо сломать сопротивление тех, кто с этим не согласен. Россия воспринимается как нарушитель Конвенции, хотя Россия никакой Конвенции не подписывала. И, в общем-то, просто хочет уважения и хочет иметь партнерские отношения. Притом, что даже до Украины уже пытались демонизировать и Россию, и Путина, и перевести Россию из партнеров в противники. Кстати, Ромни говорил, что Россия — это главный геополитический противник Соединенных Штатов. А потом и генерал Бредлоу после этих событий сказал, что вообще надо Россию перевести из противника, из соперника уже фактически во врага и применить по отношению к этой стране соответствующие меры.

Э.З.: — Барак Обама пошел еще дальше, и назвал Россию среди трех главных угроз — между исламским государством и лихорадкой Эбола. «Не надо путать доверие с доверчивостью» — так сказал недавно один российский политик, комментируя сейчас позицию России во внешней политике. И это хорошее высказывание, мне кажется, потому что, действительно, когда нам говорили, что с нами выстраивают партнерские отношения, то партнерство понимал каждый по-разному.

А.М.: — Я много раз в разных программах приводил бессмертные слова из романа Ильфа и Петрова: «утром деньги — вечером стулья, вечером деньги — утром стулья». Вообще, в международной политике должен быть такой же принцип. И, конечно же, легковерие, как Маркс говорил, это единственный недостаток, который, в общем-то, простителен человеку, но в международных отношениях — это катастрофа.

Э.З.:— Дмитрий, у меня к вам вопрос. Мы привыкли слышать, что НАТО (сейчас я имею в виду российскую аудиторию) ставит перед собой цель — как можно дальше продвинуться на Восток. Скажите, для чего? Если эта цель действительно существует, то зачем НАТО, зачем Соединенным Штатам сейчас окружить и сжать кольцо вокруг России? Что это за цель?