Вторым агентом был руководитель Эдиссанской орды Джан-Мамбет-бей, который не только перетянул всю орду на сторону России, но и сам предложил свои услуги по работе с другими ордами, а позднее, в конце 1771 года, стал на защиту русских границ между Волгой и Доном, помогая русским постам отбивать набеги кубанских татар.
Солидная агентура была завербована и среди духовных руководителей и мурз. Для организации работы среди татар отпущено было Щербинину сразу 20 000 рублей, а сверх того было поручено тайному советнику Собакину закупить в Москве золотых, серебряных вещей, шелковой и суконной материи, мехов, всего на 10 000 рублей, и отправить Щербинину для поощрения татарской агентуры.
Перед агентурой была поставлена одна задача: проникать в Крым и там вести антитурецкую пропаганду, склонять целые татарские орды к переходу в русское подданство. Генерал-аншефу Долгорукову было предложено «рассевать» возможно больше манифестов к татарам, призывающих их к переходу на сторону России.
Агентура шла, так сказать, впереди русских войск, психологически готовя татар к необходимости помириться с русскими. Под давлением русских войск хан Селим-Гирей капитулировал и заявил, что готов отложиться от Порты. Однако оказалось, что это всего лишь маневр. Усыпив бдительность русских, он сбежал в Турцию. Вместо него был избран ханом Сагиб-Гирей, а брат его — Шагинь-Гирей — Калгою (наследником).
Обстановка созрела для реализации второй части программы отторжения полуострова от Порты. Эту операцию поручили провести Щербинину. По высочайшему повелению он отправился туда со штатом специалистов-разведчиков, будучи снабжен деньгами в сумме 20 000 рублей и подарками на 30 000 рублей. В инструкции Щербинину указывалось, что его задача — добиться от хана и крымских вождей формальной декларации о независимости Крымского ханства, чтобы показать всей Европе, что эта независимость вовсе не навязана Россией хану, а является естественным стремлением крымских татар. Наряду с этим Щербинин должен был добиться от татар заключения ими договора с Россией, по которому к ней переходила бы Керчь и Еникале и обеспечивалась бы свобода плавания на Черном море.
Эта инструкция с точки зрения разведки примечательна тем, что она подробно излагает процедуру поэтапной вербовки агентуры, вовлечения в агентурную деятельность. Вряд ли какая-либо другая дипломатическая служба так последовательно излагала когда-нибудь этот метод воздействия на партнера по дипломатической пертрактации — дипломатическим документом.
В самом деле, надо было уговорить мусульман, воспитанных в слепом повиновении султану, чтобы они изменили своим привычкам, обычаям, законам и помогли бы «неверным христианам» воевать против своего духовного вождя и начальника. Надо было заставить их добровольно уступить врагу своему — России — крепости и порты. Как добиться этого? Был пример, когда один из русских разведчиков, статский советник Веселицкий, без агентурной подготовки пошел на татар, что называется, «в лоб». Он не только не добился успеха, но и испортил отношения с татарскими вождями, и его пришлось дезавуировать. Как же рассеять страх и опасения крымцев, как побороть их естественную вражду к православно-христианской России?
Инструкция Щербинину отвечает на эти вопросы так:
Только путем приведения хана и крымских начальников в такое состояние, чтобы они поняли их интерес в необходимости сотрудничества с Россией, можно будет смягчить их, привести к желанию вести переговоры, разговаривать.
И не просто идти напролом, а подготовив почву агентурными средствами, через специально изученных лиц, после подкупа деньгами и подарками. Авторы вновь возвращаются к этому вопросу в § 13, чтобы подчеркнуть главное в задании: