Российская разведка XVIII столетия. Тайны галантного века

По приезде же в Ригу все посольство в город не пустили, а разместили в предместье, и, что особенно было неприятно, «поставлены вокруг квартир их не для чести, но для строгого за ними присмотра караулы, умножены разъезды и патрули, так как бы в неприятельское нашествие, и когда послы послали от себя сказать тому генерал-губернатору о приезде их и просить, чтоб поступлено было с ними по древнему обыкновению, по договорам и по-приятельски и дана была бы людям их свобода входить в крепость для покупок, то он присланного едва допустил до себя, под видом болезни, за которою будто и не может он сделать послам визита, а вход людям в крепость хотя и дозволит, но не более вдруг 6 человек, да и то за присмотром воинских людей, и с тем еще, чтоб близко крепостных валов не подходили, а инако он то запретить вынужден будет силою».

По прочтении приведенной цитаты не остается места для сомнения, что Дальберг принял это посольство за настоящую разведывательную партию и поэтому мобилизовал весь контрразведывательный аппарат.

Он обставил их наблюдением, запретил появляться в зоне фортов и предупредил, что за нарушение этих правил будет действовать силой. Казалось, что дело ясное. Но русские на этом не успокоились и потребовали от Дальберга объяснения его действий. Что было делать несчастному Дальбергу! Он ответил, что «имеет многия причины к подозрению, ибо уведомлен он в его предосторожность, что под видом посольства скрывается некое тайное намерение»^{22}

.

Яснее не скажешь! И тем не менее Петр не успокоился. Он не мог уехать из Риги, не выяснив того, что ему было нужно. И русские послы, и свита пустились в крепость для рекогносцировки. Шведы приняли драконовские меры: к каждому русскому при входе в крепость были приставлены двое солдат; каждому разрешалось пробыть в городе не более двух часов. И тем не менее есть основания полагать, что русских не устерегли. Ибо губернатор заявил, что ему известно стало, что русские, идя мимо крепостных сооружений, сняли чертеж и что в случае повторения подобных действий он прикажет стрелять. Есть основание предполагать, что в числе чертежников был сам царь — именно он (!) шел мимо тех самых сооружений в гавань, где хотел договориться с голландцами о корабле для дальнейшего следования российского посольства.

Великое посольство вело в Риге разведку открыто и, встретившись с решительным сопротивлением шведов, вынуждено было спешно ретироваться. Царь досрочно покинул Ригу. Трудно сказать, насколько оправданно заявление Голикова о том, что Дальберг намерен был арестовать Петра. Но то, что у него были основания для подозрения русских, явствует из краткого, но вразумительного письма Петра к Виниусу:

«…солдат здесь сказывают 2780 человек. Мы ехали через город и замок, где солдаты стояли па 5 местах, которые были меньше 1000 человек, а сказывают, что все были. Город укреплен гораздо, но только не доделан.

…Зело здесь боятся, и в город и в иные места с караулом не пускают, и мало приятны. Солдатам жалованья… в год, капралам по 12, сержантам по 24, да всем по три бочки хлеба.

Как я сюда ехал, и не доезжая Риги, в некоем шинку дворянин, подпив, говорил, что-де наш король в Польшу в короли прочит сына своего, да и войско к тому уже тайно будто для датчан готовят, и большим, чтоб сколько мочно в том спасли и не допускали б, хотя через резидента или нарочнаго посла».