Российское обществоведение: становление, методология, кризис

Как все это понимать? Куда мы идем? Ведь эти статьи были изданы тиражом в несколько миллионов.

С.С. Алексеев приводит такое высказывание С.Н. Федорова (известный хирург-офтальмолог): «Наемный труд должен быть запрещен повсеместно». Тут даже идея сплошной коллективизации бледнеет. Что же у нас будет за экономика? Это можно было бы принять за шутку, если бы речь не шла о жизненно важных для страны вопросах и если бы это писал не столь высокого ранга ученый.

С.С. Алексеев открывает «сокровенную тайну социализма». Она, оказывается, в сдаче в аренду всех госпредприятий. Причем их не надо сдавать в аренду трудовым коллективам, потому что они не являются «свободными ассоциациями производителей». Трудовые коллективы – это «аморфные соединения людей, связанных друг с другом в основном лишь местом работы, не имеют устойчивых общих интересов». Значит, в аренду сдавать только кооперативам или частным собственникам.

Все это – мифы! Неужели ученый, предлагая кардинальное изменение всей нашей социально-экономической системы, не знает «альтернативной экономики» Запада с арендой, кооперативами и «народными предприятиями»? Все эти формы маргинального уклада отличаются высокой интенсивностью труда и более низкой зарплатой. Что он рекомендавал советскому обществу!

Мифологична и трактовка С.С. Алексеевым роли государства в экономике: «Наемный труд связан с присвоением результатов его другим субъектом… У нас-то кто присваивает? Ответ один: гигантский монополист, каковым является государство».

Казалось, что эта примитивная идея отошла в прошлое с перехлестами первых лет перестройки. Нет, она развивается в статьях ученого.

С.С. Алексеев призывал вспомнить «справедливые слова» Анджея Вайды: «…чем люди живут беднее, тем они более алчны». Это и есть жесткий классовый подход, но теперь он проникнут ненавистью к беднякам. И все это печаталось под девизом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»

Вся эта серия странных идей не была просто плодом размышлений личности С.С. Алексеева – личности тогда были увлечены лихорадочным производством идеологем целого интеллектуального сообщества. Кто-то удержался, других унесло потоком, включая выдающихся и даже великих ученых. Поддерживала напор этого потока мощная машина – для статей С.С. Алексеева были предоставлены страницы «Правды», «Известий», «Литературной газеты».

Гражданам не было возможности обдумать и обсудить все эти идеи. Вот, газеты 7 сентября 1989 г. сообщили, что в сентябре депутатам будут представлены проекты, содержащие «непривычные нам дотоле понятия – рынок труда, банкротство убыточных предприятий…».

Переход к «непривычным нам дотоле понятиям» – шаг принципиальный. Используемые категории и понятия тесно связаны со стоящим за ними содержанием. Если под лозунгом «Больше социализма!» начинаем устраивать рынок труда, то это означает отказ от принципа «от каждого – по способностям, каждому – по труду». Но такие вещи нельзя делать тайком, без объяснения и обсуждения – особенно в среде ученых.

Что означает понятие «рынок труда»? Что общество не гарантирует каждому человеку рабочее место: он выносит свою рабочую силу на рынок, а там как повезет. Право на труд исчезает. Рынок – стихийный регулятор, купля-продажа свободная, цена на рабочую силу определяется спросом и предложением.

Банкротство убыточных предприятий – нормальное явление в рыночной экономике, цена определяется рынком. Но как можно закрывать «убыточные» предприятия, если цену на их продукцию и их рентабельность установил не рынок, а Госплан и Госкомцен? И как можно все это предлагать, не дав прогноза последствий? Казалась дикой сама идея ликвидировать в сентябре общественные институты, к которым население привыкло и приспособилось за 70 лет (это 6 поколений!), и навязать ему институты, в которых не разбираются даже авторы этого проекта.

Уже только приготовления к «рынку труда» создали социальную пороховую бочку (конкретно первый кровавый погром в Сумгаите). В той же статье в «ЛГ» зампредседателя Госплана Л.Б. Вид сообщал, что за прошлый год «хозрасчет, сокращение капитального строительства высвободили из народного хозяйства миллион человек, главные же сокращения впереди. В стране сегодня нет работы в целых районах, и это не только Средняя Азия. Целый город Надым остался без работы, как и строители десятков ГЭС, трассовики на тысячах километров магистралей».

Наступает бедствие – и такой тупой, дремучий произвол в социальной сфере! Ну как это можно назвать наукой? Ведь невозможно было предположить, что обществоведы, которые разрабатывали этот проект, выполняли задание теневых и криминальных групп, которые готовились к приватизации.