Руги и русы

Однако В.Г. Васильевский, детально исследовав произведение, пришел к выводу, что оно написано в иконоборческую эпоху, то есть ранее т. н. торжества православия, состоявшегося в 843 году и восстановившего иконопочитание. Значит, верхняя дата сочинения – 842 год, но повествует оно о более ранних событиях.

В 838 году послы русов прибыли в Константинополь для мирных переговоров. Рискнем предположить, что это произошло после набега на Амастриду. Последовательность событий такова. Видимо, союз с Византией оказывается русам невыгоден из-за болгарской угрозы. Русы мирятся с Болгарией, воюют с византийцами, после чего те вступают в союз с иудеохазарами. Хазары просят ромеев помочь в строительстве Саркела против русов, в ответ русы нападают на Амастриду. Этот набег увенчался некоторым успехом. Но другие набеги, о которых не осталось внятных известий, отбиты. К тому же хазары переходят в наступление против мадьяр и русов. Тогда русы вновь ищут мира с византийцами, чтобы обратить оружие против более близких хазар.

Дадим слово автору Бертинских анналов – неоднократно цитированного западноевропейского источника. Это франкская летопись, содержащая рассказ о событиях за полвека – с 830 по 883 год.

Под 839 годом содержится ценное для нас сообщение о прибытии в империю франков послов от византийского императора Феофила. 18 мая они явились в императорский пфальц (замок/дворец) Ингельгейм, чтобы договориться с франками о мире и союзе. Это было крупное достижение для западной дипломатии. Долгое время византийцы вообще не считали западного императора подлинным, ибо фактически Карл Великий присвоил себе власть и сам себя короновал, да еще прикрывшись поддержкой римского папы. Как мы помним, в 476 году Одоакр отослал имперские инсигнии в Константинополь. Следовательно, по римскому праву только византийский базилевс мог назначить себе соправителя на Западе. Карл Великий захватил власть самостоятельно, без согласования с Византией. Поддержка папства придала этому юридическому акту сакральный характер. Государство франков называлось странно для византийского уха: Священная Римская империя германской нации (это название ввел именно Карл Великий, а Оттон I впоследствии лишь возродил). Неуклюжая формулировка означала, что империя принадлежит немцам, но управляется по римским законам. Когда-то о подобной империи мечтал один из вождей вестготов, взявший в жены римлянку Галлу Плацидию. И вот – мечта немцев сбылась. Понятно, что всё это не нравилось византийцам. Но раскол самого византийского общества на иконоборцев и иконопочитателей, а также внешние угрозы заставили ромеев признать франкских императоров за настоящих и легитимных правителей. Таким образом банальная мысль, что в политике уважают прежде всего силу, нашла очередное подтверждение.

Послы византийского базилевса Феофила начали хвастаться в Ингельгейме победами, которые недавно одержал их государь. Современные комментаторы находят тут странность и видят простое хвастовство. В 838 году Феофил вел неудачную войну с арабами, ромейская армия терпела поражения. Но может быть, имелись в виду победы византийцев в ходе войны именно с росами? От северных варваров удалось отбиться, те запросили мира. Похоже, именно это и имеет в виду наш источник, потому что сразу, без всякой паузы, переходит к рассказу о русах. Со своими послами византийский император Феофил направил во Франкию «еще неких [людей], утверждавших, что они, то есть род их, называются рос (Rhos) и что король их, именуемый хаканом (chacanus), направил их к нему, как они уверяли, ради дружбы» (Древняя Русь в свете зарубежных источников. Хрестоматия. Т. IV. С. 19–20. См. также иной перевод Бертинских анналов: http: //www.vostlit.info/Texts/rus14/Annales_Bertiani/frametext2.htm).

Отметим, что весьма странно было бы русу-скандинаву принять титул кагана. Но если мы видим один из народов, давно живущих на Днепре, вопрос отпадает. Этот народ взаимодействовал со степняками, его вожди приняли титул каганов, понятный соседям. Это выражение мощи, силы и, может быть, свидетельство некоего социального переворота. Русы превращаются из республики со сменяющимися вождями в монархию с наследственной властью.

Далее в анналах читаем, что базилевс Феофил вдруг начинает хлопотать за русских послов перед франками. Византийский монарх «просил, чтобы по милости императора [франков] и с его помощью они получили возможность через его империю безопасно вернуться». Дорогу назад преградили некие варварские племена, очень дикие и свирепые.