Читаем Руги и русы полностью

Странное место, оно свидетельствует о политических переменах на Днепре, произошедших стремительно и ставших результатом византийско-русских переговоров. Русам путь отрезан, но почему? Они поссорились с мадьярами? Л.Н. Гумилев допускает такую возможность, но выдвигает еще одну гипотезу: возможно, противниками русов стали уличи и тиверцы. Однако земли этих племен в то время, видимо, принадлежали Болгарскому каганату. Перемирие с византийцами автоматически могло вызвать войну с болгарами. Но могло произойти и другое. Если русы помирились одновременно с хазарами и ромеями, то мадьяры сочли, что их предали. Среди них было много кабаров-хазар, воевавших против иудеев и мечтавших вернуть утраченную родину. В степи вспыхнула война между русами и мадьярами, и послам-русам обратный путь на Днепр был отрезан.

Людовик Благочестивый и его графы-советники отнеслись к русам подозрительно. Их смутил внешний вид варваров, а затем вызвали недоверие их речи. Далее в Бертинских анналах читаем, что, «расследовав цель их прибытия», император Людовик Благочестивый опознал в них шведов (Sueones) «и, сочтя их скорее разведчиками», задержал, о чем сообщил Феофилу. Дальнейшая судьба послов неизвестна, но сам факт послужил мощным доказательством норманнского происхождения руси.

Итак, русы – это шведы, как свидетельствует автор Бертинских анналов. Но, во-первых, это противоречит данным Повести временных лет (о чем мы еще скажем), а во-вторых, нет никаких доказательств компетентности франкских графов, которые провели расследование. Перед нами русы, «германцы-2», осевшие на Днепре. Франки опознали в них народ, родственный скандинавам. В общем, так оно и есть. Мы видим германское племя со скандинавскими корнями, которое обитало рядом со славянами на Днепре, что и требовалось доказать. Но это не шведы, не норвежцы, не даны.

4. Мадьяры и печенеги

Повторимся. В 838 году, вскоре после набега на Амастриду и посещения гробницы святого Георгия, русы заключили мир с Византией и Хазарией, но поссорились с мадьярами. Что дальше?

Летописи молчат. Посему разные историки трактуют события и их смысл по-разному. По сути, мы должны заполнить время с 838 года (договор византийцев и русов о мире) до 862-го (призвание Рюрика по известиям летописи).

Начальный русский летописный свод полон неувязок. Самое главное: он не может установить связь между днепровскими русами и варягами. Затем, летопись не в состоянии внятно рассказать, как сменилась власть на Днепре и в Киев пришла северная династия. Наконец, летописец не может пояснить, как в северной династии власть перешла от Рюрика к Игорю и Святославу. Но об этом – разговор особый. Покамест мы рассматриваем историю Русского каганата, которая известна так плохо, что норманисты присваивают ее себе.

Главным игроком на политической сцене Восточной Европы оставался Хазарский каганат, который начал экспансию в Восточной Европе. Иудеохазары предпочитали воевать чужими руками. Собственно хазарскую чернь они вооружать боялись. Поэтому каганы и «пехи» набирали наемников-мусульман для собственной охраны – гулямов. Таковых в каганате имелось 7000, но их не хватало для больших войн. Для завоеваний использовали союзников. Например, за реками Волга и Урал в то время жили тюркоязычные племена – остатки древнего Кангюя. Это предки современных туркмен, родственные друг другу, но часто враждовавшие между собой. Два крупных вождества кангюйцев, с которыми взаимодействовали хазары, – это печенеги и гузы. Печенегов удалось привлечь к борьбе с мадьярами. Последние потерпели несколько поражений и отступили за Днепр, в страну Леведию, или Ателькузу. Они вытеснили оттуда болгар в процессе еще одной неописанной войны. Все эти бурные события привели к тому, что русов отогнали от берегов Черного моря, и народ снова пропал из поля зрения тогдашних историков. Если бы мы признали русов норманнами, такое снижение активности выглядело бы странно. Описываемая эпоха – разгар походов викингов. Но мы имеем дело с другим образованием – с государством русов, которое взаимодействует с окрестными народами, а не живет от набега до набега.

5. Распря на Днепре

С хазарами русы после 838 года время жили в мире. Их интересы не сталкивались. Отброшенные от морских берегов, русские каганы активно подчиняли славян, а те расселялись по Днепру, Оке, Двине, Припяти, но подробности неизвестны. К тому же остается дискуссионной дата переселения на восток большой группы славянских племен, названия которых заканчиваются на – ичи. Это радимичи, дреговичи, вятичи, кривичи. Старые племена, переселившиеся на восток еще во времена «склавинов», имели окончания – ане и – яне: поляне, древляне, северяне, волыняне. Потомки антов тоже легко угадываются по окончаниям, которые не принадлежат ни первой, ни второй группе. Это белые хорваты и, видимо, тиверцы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Неведомая Русь

Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи
Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи

История наших предков до IX века от Рождества Христова долго оставалась загадкой, «белым пятном», объектом домыслов и подчас фантастических теорий. Известный писатель Андрей Воронцов, основываясь на новейших открытиях в археологии, антропологии, генетике и лингвистике, пытается ее реконструировать. В книге речь идет о найденном в 1977 г. в австрийском городке Графенштайн камне с фрагментами надписи II в. н. э., которая принадлежала норикам. Норики же, по свидетельству Нестора-летописца в «Повести временных лет», были прямыми предками восточных славян, причем, как выясняется, весьма древними. Согласно историкам Древнего Рима, норики существовали как минимум за тысячу лет до того, как славяне, по версии господствующей в Европе «немецкой исторической школы», появились на континенте. А атестинская (палеовенетская) культура, к которой принадлежали норики, древнее Норика еще на 500 лет. Книга А. Воронцова доказывает прямую преемственность между древнерусской и палеовенетской культурами.

Андрей Венедиктович Воронцов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Загадки римской генеалогии Рюриковичей
Загадки римской генеалогии Рюриковичей

Книга «Загадки римской генеалогии Рюриковичей» посвящена знаменитой легенде о происхождении Рюрика от мифического Пруса, родственника древнеримского императора Августа. Несмотря на явную искусственность самой генеалогии, в основе ее лежат отголоски преданий о былом нахождении русов на севере современной Польши и границе с Пруссией, что подтверждается целым рядом независимых источников. Данная легенда дает ключ, с помощью которого мы можем не только узнать о взаимоотношении русов с готами, ругами и вандалами во время Велмого переселения народов, но и определить, где находилась изначальная прародина наших предков и как именно возникло само название нашего народа. Книга предназначена как историкам, так и широкому кругу читателей, интересующихся вопросом происхождения своего народа.

Михаил Леонидович Серяков

История / Образование и наука
Повести исконных лет. Русь до Рюрика
Повести исконных лет. Русь до Рюрика

Известный исследователь, историк Александр Пересвет в своей новой книге, в форме летописного повествования, прослеживает историю от появления первых русов в Восточной Европе до нападения князя Святослава на Хаэарию и Византию. Рассказ ведётся от имени личного духовника великой княгини Ольги, болгарского клирика, который описывает, как рождалась и развивалась Русь изначальная. Он прослеживает её историю: строительство первыми русами города Ладоги, появление нескольких русских «протогосударств», борьбу между ними — и, наконец, укрепление и возвеличение среди них Руси Киевской.Взору читателя открывается захватывающая панорама ранее не известной, но исторически и научно достоверной предыстории Российского государства. В книге предстают известные и малоизвестные исторические персонажи, войны и походы, подвиги и провалы, политические акты и религиозные деяния далекого прошлого.

Александр Анатольевич Пересвет , Александр Пересвет

История / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное