Русь и Рим. Русско-ордынская империя. Т. 2

ДОН И РОНА – СТАРЫЕ СЛАВЯНСКИЕ НАЗВАНИЯ РЕКИ

А. С. Хомяков задолго до нас указывал на важность для понимания исторических летописей того обстоятельства, что слово «дон» в старорусском языке означало просто «река». Он писал: «Наш тихий, коренной, славянский Дон – корень почти всех речных названий в России, Днепра, Днестра, Двины, Десны (Цны), Дуная, десяти или более Дунайцев, многих Донцев».

Выше в этой книге мы уже пользовались приведенным здесь наблюдением. А. С. Хомяков также отмечал, что известная река Рона в Западной Европе раньше называлась Ериданом, то есть – Ярым Доном. Таким образом, название «Рона», по мнению Хомякова, тоже славянское. Это его замечание хорошо дополняет наше наблюдение, согласно которому Рона – это славянское название, означавшее водный поток, реку. Отсюда – «ронять слезы» и т. п.

По-видимому, река Рона, вытекающая из современного Женевского озера, раньше называлась Ярый Дон. То есть «бурная река» или «быстрая река». А потом стала называться – опять-таки по-славянски – Роной, то есть «потоком». Да и само Женевское озеро до сих пор на современных картах называется именем Леман = Leman, которое весьма напоминает бытующее у нас, в России, на Украине, слово «лиман», означающее «залив».

Хомяков заключает: «Этот факт, ясный для всех глаз, не заболевших от книжного чтения, и содержал бы даже доказательство, что жители устьев Дуная, Тимока, По и Роны были одноплеменниками, если б такая истина еще требовала новых доказательств».

КТО ТАКИЕ БОЛГАРЫ?

А. С. Хомяков: «В защиту теории о перерождении народов обыкновенно приводят Болгар и утверждают: болгары теперь говорят по-славянски, глядят славянами, словом, они совершенные славяне. А в старину болгары принадлежали к турецкому или тибетскому или вообще желтому племени. Они переродились. Вникнем в основание этого заключения. Являются какие-то болгары в Европе на границе империи Византийской, которую потрясает их бурное множество. Они как-то кажутся сродни аварам и гуннам, с которыми их смешивают. Но они не авары и не настоящие гунны. Они тоже имеют какое-то сродство со славянами, но они не старожилы Славянин придунайской… Болгары пришли с Волги: это дело ясное».

В этом фрагменте Хомяков излагает точку зрения официальных историков относительно происхождения болгар. Он пытается объяснить допущенные так называемой наукой противоречия, но тут ему самому начинает мешать скалигеровская хронология: «На Волге Нестор знает сильное царство болгарское… Итак, болгары Дунайские, выходцы с берегов Волги, также были сродни туркам. Но Нестор писал не прежде XI века, а болгары являются на Дунае со всеми несомненными признаками славянства еще в IV-м».

Настал момент, наконец, все разъяснить.

Согласно н а ш е й р е к о н с т р у к ц и и тут все довольно ясно. Болгары — это, скорее всего, волгары. То есть – русские с Волги. Они двинулись на завоевание Европы в XIV веке н. э., а затем еще раз, в XV веке н. э., вместе с тюрками, – тоже с Волги. Они же – авары. Они же – гунны.

Среди них были и венгры, выходцы из «Великой Венгрии» за Волгой, то есть приблизительно из теперешней Удмуртии.

После завоевания XIV–ХV веков болгары появились на Дунае, тюрки – в Турции, венгры – в Венгрии. Поэтому сегодня и не могут понять – кто такие болгары. То ли тюрки, то ли авары, то ли гунны, то ли славяне.

ХОМЯКОВ О СЛЕДАХ БЫЛОГО СЛАВЯНСКОГО ЗАВОЕВАНИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ

А. С. Хомяков в своих работах излагает свои собственные наблюдения относительно истории России и Западной Европы. Конечно, они субъективны и в ряде случаев мало что доказывают. Но они ценны как личные наблюдения ученого-энциклопедиста, русского аристократа, знавшего многие европейские языки, интересовавшегося историей народов и способного поэтому заметить то, что ускользало от взгляда многих. Для нас его мнение представляет собой важное историческое свидетельство, отражающее взгляд определенной части русского аристократического сословия, давно уже ушедшего в прошлое.

Касаясь истории России, Хомяков писал: «Рабство (весьма недавно введенное государственной властью) не внушило владельцам презрения к своим невольникам-землепашцам… Выслужившийся крестьянин уравнивается не только законом, но и обычаем, и святынею всеобщего мнения с потомками основателя самого государства. В той же земле (в России. – Авт.) невольники – не землепашцы, а слуги, – внушают чувство иное. Этих различий нет в законе… но они существуют для верного наблюдателя. Земледелец (на Руси. – Авт.) был искони помещику родным, кровным братом, а предок слуги – военнопленный. От того земледелец называется крестьянином, а слуга – холопом. В этом государстве (в России. – Авт.) нет следов завоевания».