Русь: от язычества к православной государственности

Иосиф Волоцкий знал, кому обязаны «жидовствующие» «мягким» приговором, и обратил против митрополита Зосимы всю силу своего полемического дара. Он писал и проповедовал, что Зосима скверный и «злобный волк», пробравшийся на митрополичью кафедру. Обличения Волоцкого были услышаны. В итоге Зосиму обвинили в тайном еретичестве, неверии в загробную жизнь, «пьянстве и содомстве», в 1494 г. митрополит был лишен своего сана и удален в Троицкий монастырь[686].

Так закончилась борьба православной церкви во главе с Иосифом Волоцким с ересью «жидовствующих». Однако в нашей исторической памяти Иосиф Волоцкий запечатлен не столько как борец с еретиками, сколько, как оппонент Нилу Сорскому в знаменитой полемике иосифлян с нестяжателями по вопросам монастырской и церковной собственности.

Иосиф Волоцкий родился в 1439 г. в семье выходцев из Литвы. Его прадед Александр Саня (отсюда и фамилия Санин) получил за службу великому князю в вотчину село Язвище-Покровское – «кормилицу» семьи Саниных. Дед Иосифа отличался благочестием и в старости принял монашеский постриг под именем монаха Григория. Иосиф, родившийся в семье зажиточного вотчинника, при крещении получил имя Иван. В семилетнем возрасте отец отдал его учиться грамоте в Кресто-Воздвиженский монастырь. Духовно наставлял мальчика старец Арсений. Он и привил ему любовь к иноческой жизни. В двадцатилетнем возрасте Иван стал монахом известного на Руси Боровского монастыря под духовным наставничеством настоятеля Пафнутия, приняв при монашеском постриге имя Иосиф.

Иосиф Волоцкий «был среднего роста и красив лицом, с округлой и не слишком большой бородой, с темно-русыми, потом поседевшими волосами, был весел и приветлив в обращении, сострадателен к слабым»[687]. Он в день, иногда через день, исправно работал с собратьями по монастырю на хозяйстве, на земле – везде, где могли пригодиться его умения, сила и сноровка. Он выделялся умом, аскезой, властным характером. «Видно, что это был человек порядка и дисциплины, с сильным чутьем действительности и людских отношений, с невысоким мнением о людях и с великой верой в силу устава… лучше понимавший нужды и слабости людей, чем возвышенные качества и стремления души человеческой»[688]. Отсюда его приверженность строгой дисциплине и принуждению к исполнению священниками-монахами и мирянами правил, обрядов и традиций православия. Он обладал даром привлекать к себе людей, «выправлять и вразумлять их, обращаясь к их здравому смыслу»[689].

После смерти Пафнутия Иосиф Волоцкий становится настоятелем Боровского монастыря. Суровый характер нового игумена далеко не всем в монастырской общине пришелся «по душе». Иосиф ввел в монастыре строгий устав и жесткую дисциплину, что вызвало «брожение» среди иноков. В итоге Иосиф Волоцкий, отдавший Боровскому монастырю 8 лет жизни, покидает его в нищенском облачении в сопровождении инока Герасима Черного. Со своим спутником Иосиф Волоцкий посетил несколько монастырей, в том числе известные на Руси Кирилло-Белозерский и Саввино-Тверской. Прижиться нигде не смог. Тогда Иосиф с семью сподвижниками в лесу основал свой Успенский монастырь, известный впоследствии как Иосифо-Волоколамский. Иначе как чудом нельзя назвать то, что лесная обитель за считаные годы стала одним из процветающих монастырей на Руси и одним из центров духовной жизни, в тиши которого родилась «царская идея». Впрочем, чудо Иосифо-Волоцкого монастыря не было даром с небес, а творилось неустанными трудами его настоятеля.

Вместе с тем усилия и труды Иосифа Волоцкого были успешны во многом благодаря поддержке волоцкого князя Бориса Васильевича. С 1479 по 1483 г. братия кормилась только личным трудом и доходами с родовых владений Саниных. Жили крайне скудно до тех пор, пока князь Борис Васильевич не пожаловал монастырю село Отчищево. Его примеру последовали бояре А.Д. Квашнин, П.Н. Оболенский, А.А. Голенин и др. Их заботами монастырь отстраивался и богател. Наибольший вклад – 10 крупных сел с почти 40 деревнями был сделан удельными князьями, а 13 вотчинок и деревень передали монастырю землевладельцы средней руки[690]. Все это произошло за двадцать с небольшим лет игуменства Волоцкого. За это время игумен сумел заключить 60 сделок с землевладельцами по передаче земель и сел в собственность монастыря[691].

Подобный успех достигался не только за счет набожности благотворителей, но и во многом благодаря личности Волоцкого. Он умел расположить к себе людей, вселить в них уверенность, что именно здесь молитвами монахов вкладчики после смерти обретут царствие небесное. Свою роль играл образ настоятеля – сурового аскета, поборника веры, блестящего оратора, богослова, писателя и публициста. Поддержать этого человека, с каждым годом приобретавшего известность и авторитет не только в церковном мире, но и в великокняжеских кругах, значило приобщиться к его славе поборника православия, что повышало общественную значимость и вес тех, кто способствовал благополучию монастыря и входил в круг сподвижников грозного игумена.