Русская эмиграция и фашизм: Статьи и воспоминания

Значительную часть массовой волны послевоенной эмиграции в страны Латинской Америки, США, Канаду, Австралию составили казаки, участники военных формирований Германии, Японии, Италии и других стран, воевавших на фронтах Второй мировой войны. Они развернули работу по воссозданию своих союзов и объединений, чья деятельность также была направлена на борьбу с большевизмом.[438] В Чили, Аргентину, Парагвай переселились после войны полковник Кучук Улагай и его соратники, включая казаков – бывших участников Русского отряда, воевавшего в 1920-е гг. на стороне албанского короля Ахмета Бей Зогу I, а в годы Второй мировой войны – в рядах Итальянской дивизии и в частях Русской освободительной армии (РОА).[439] Среди переселенцев из Европы в Аргентину еще в 1944 г. был казачий общественный деятель, историк, археолог В.А. Харламов (ранее член Учредительного совета при Русском заграничном историческом архиве в Праге, редактор журнала «Казачий путь», представитель казачьей Исторической комиссии, издавшей трехтомную «Донскую летопись»). В Буэнос-Айресе Харламов организовал Казачий союз и Антикоммунистический центр.

Многие старожилы российского происхождения в Латинской Америке восприняли новых переселенцев как фашистов. О послевоенной эмиграции протоиерей Д.В. Константинов писал:

«Встреченная особым взрывом ненависти со стороны многочисленной просоветской части многотысячной старороссийской эмиграции, она одновременно весьма холодно была принята и первой белой российской эмиграцией, за малым исключением относившейся к ней далеко не лояльно. Отчужденность, непонимание, подозрения, проявившиеся со стороны белой русской колонии в Буэнос-Айресе, сохранились в продолжение ряда лет и стали сглаживаться лишь к концу пятидесятых годов».[440]

Непримиримость нередко перерастала в состояние гражданской войны и между двумя антикоммунистическими эмиграциями. С прибытием на новое место жительство представители второй волны создавали свои институциональные образования, в их числе отделения Союза власовцев, представительства НТС и др. В своих воспоминаниях В.М. Байдалаков привел списки генеральных представительств НТС в Аргентине (Д.С. Богданович, Ю.А. Герцог, А.Г. Денисенко, И.И. Иванилов, В.А. Книрша, И.А. Пророков, А.Л. Швец) и Венесуэле (А.В. Батян, 3. А. Белик, А.А. Кундауров, В.Н. Третьяков).[441] В составе второй волны эмиграции в Аргентине оказался, как уже отмечалось, протоиерей Д.В. Константинов, который в годы войны входил в окружение А.А. Власова, сотрудничал с НТС, в период пребывания в Аргентине издавал и редактировал в 1949-1960 гг. газету «Новое Слово». В своих мемуарах Константинов, всячески преувеличивая историческую роль второй эмиграции, столь же высоко оценил собственный вклад в дело борьбы с большевиками, в частности рассматривал «Новое Слово» не только как «печатный орган второй русской эмиграции в Аргентине», но и центральный орган НТС в Южной Америке. Он также считал, что с началом его службы настоятелем кафедрального собора в Буэнос-Айресе «духовные ценности Освободительного движения получили новый импульс для своей духовной деятельности в эмиграции».[442] Однако переход в 1960 г. протоиерея Д.В. Константинова (вслед за протоиереем К.Г. Изразцовым) из РПЦЗ в юрисдикцию Северо-Американской митрополии, вызвал раскол среди участников власовского движения, который обернулся реальной борьбой за власть, совпавшей с юрисдикционной борьбой внутри зарубежной РПЦ.

В середине 1947 г. из Европы в Аргентину прибыла группа военных во главе с генералом Б.А. Смысловским (псевдонимы – фон Регенау, Артур Хольмстон). Этот в прошлом царский офицер окончил 1-й Московский кадетский корпус, где был однокашником М.Н. Тухачевского, затем Михайловское артиллерийское училище. Первую мировую войну закончил в чине штабс-капитана. После революции жил в Варшаве, стал секретарем польского отдела РОВС. Во Вторую мировую войну в чине полковника Вермахта организовывал воинские части из русских, живших в Германии, и военнопленных советских солдат. Созданную им в 1944 г. 1-ю Русскую национальную армию (РНА), так и не посланную Гитлером на Восточный фронт, использовали для карательных экспедиций против партизан. За «отличную службу» германское командование произвело его в генералы.[443] После капитуляции Германии Хольмстон-Смысловский сумел вывести свои части из-под удара советских войск. Ко 2 мая 1945 г. сохранившиеся кадры двух полков 1-й РНА ушли в княжество Лихтенштейн, прося политическое убежище. После сдачи союзным войскам Хольмстон-Смысловский обратился к президенту Аргентины генералу Хуану Перону с просьбой разрешить прибыть для переговоров о переброске остатков своих войск в Южную Америку. Перон удовлетворил просьбу.[444]