Русская история. Авторская концепция против официальной мифологии

Введение, гласное или негласное, государственной идеологии-цензуры всегда, исключая период военного времени, демонстрирует несостоятельность данной государственной системы.

Добавлю, что главным вопросом, основным пунктом и целью всей советской системы, как и всякой тоталитарно-авторитарной системы, был вопрос удержания, неутраты власти. Соответственно, самым опасным преступлением советский режим объявлял преступления против нового строя, против коммунистической идеологии – основ этой власти и системы. Сюда попадало все, что входило в широкое пространством между осью отклонения от линии партии и осью инакомыслия, самиздата, вооруженного сопротивления режиму и т. д.

…Кому-то показалось, что теоретизирование и выстраивание дефиниций увело нас далеко в сторону? Уверяю, скоро все эти построения заработают и понадобятся, без них просто невозможно правильно понять события, последовавшие после октября 1917 года… Надеюсь, что возведенные абстрактные конструкции большинство читателей не восприняли как пустое схоластическое умствование, типичное для официальной социальной науки. Проведенные рассуждения, десакрализация госидеологии, а также выстроенная система координат помогут заинтересованной аудитории правильно сориентироваться и оценить ту хронику событий, которую мы называем советской историей и к которой мы теперь уже можем перейти…

Часть V70 советских лет как история российского сопротивления (история СССР как неистория съездов и пятилеток)

Рассказ 1. Ленинский триумф: Гражданская война, ее развязывание и победа. 1917–1921 годы

Итак, перейдем от теории к истории. Если сказанное раньше (в книгах почему-то пишут «сказанное выше»), если сформулированный основной тезис – «Россия – государство, разделенное во времени» (как Северная и Южная Корея, как ФРГ и ГДР, как Китай и Тайвань…), если Советский Союз – это убийца исторической России, если большевицкий переворот – это беспрецедентное насилие над русской историей, государством и народом, то потрясения подобного масштаба не могли пройти тихо и без последствий. (Вы не поверите, но есть ряд людей, которые, прочитав полкниги, так и не поняли главного, не поняли и не заметили, что Советский Союз – это совсем не Российская империя!)

Остановимся на конкретных проявлениях зарождавшегося русского сопротивления. Начнем с того, как первые послеоктябрьские месяцы описывала официальная история. Крылатое выражение советских учебников про триумфальное мирное шествие советской власти – это миф сразу в нескольких измерениях.

Во-первых, 4 ноября (17 ноября по новому стилю) 1917 года ВЦИК Советов, т. е. высший орган новых законодателей, большинством в два голоса принял решение о том, что Совнарком – высший орган новой исполнительной власти, ответственный перед Советами, получает право издавать декреты без одобрения центрального органа Советов. Таким образом, на 10-й день после переворота Советы как орган власти перестали существовать. Они превратились в декорацию, прикрывающую и утверждающую решения большевицких вождей. Тогда же появился на свет «дедушка», как говорят нынче, «сбесившегося принтера». 17 ноября 1917 года от Советов осталось лишь название, удачно гримирующее физиономию диктаторского большевицкого режима.

Совсем другое измерение и, конечно, самое трагическое последствие разгона Учредительного собрания – вспыхнувшая впервые за 1 000 лет русской истории Гражданская война. …9 (22) февраля 1918 года начался Первый кубанский ледяной поход Добровольческой армии. Это был первый акт организованного народного вооруженного сопротивления красной диктатуре. Поход с боями от Ростова-на-Дону к Екатеринбургу и обратно на Дон стал началом формирующегося добровольческого Белого движения…

Главными руководителями сопротивления (геройски проявили себя многие десятки и сотни его участников) стали три русских военачальника – адмирал А. В. Колчак, генерал-лейтенант А. И. Деникин и генерал П. Н. Врангель. История Гражданской войны у нас осталась ненаписанной (да и кто же мог ее по-настоящему изучать и писать в СССР?!) и во многом неисследованной. не переходя к анализу важных подробностей и деталей войны, я назову лишь главные имена и основные направления событий.