Русская история: мифы и факты

Отсюда пошли имена городов Волоколамск (Волок Ламский) и Вологда. Вслед за новгородцами двинулись на север владимирские князья: на Сухоне основали город Великий Устюг — важный центр русской колонизации Севера[141], боролись с новгородцами за доступ к пушнине Перми Великой[142]. А мехами Пермь славилась. Ещё больше славилась пушниной лежащая к востоку от Перми таинственная Югра[143]. О богатствах Югры ходили легенды. Первая Новгородская летопись под 1193 г. сообщает, что в Югре в изобилии «сребро и соболи и иная оузорочья». Другая летопись (Ипатовская, 1114 г.) передает рассказ о чудесах Югорской земли:

«Мужи старии ходили за Югру и за Самоядь, у ко видевши сами на полунощных странах, спаде туча и в той туче спаде виверица[144] млада, акы то перворожена, и возрастоши и расходится по земли, и пакы бывает другая туча и спадают оленци мали в ней и возрастают и расходятся по земли».

Но не «оленцы» привлекали новгородцев, в Югру они стремились за лучшими в мире соколами, «рыбьим зубом» (моржовыми клыками) и дорогими мехами соболя, песца и горностая, идущего на мантии королей. Продвигаясь на восток, первопроходцы вышли к горам, прозванных ими «Югорский камень»[145], перевалили «чрез Камень» и уже в 1096 г. достигли низовий Оби. Новгородцев не смущал «путь зол», не пугал и риск гибели в боях с «югрой» (вогулами, самоедами), что случалось. Летописи повествуют о печальном конце многих первопроходцев: 1032 г. — поход воеводы Углеба «на Железные врата... и вспять мало их возвратишася, но много там погибша»; 1187 г. — отряд новгородцев истреблен в Печоре и Заво-лочье — «пали головы у ста доброименитых»; 1193 г. — почти весь отряд воеводы Андрея перебили за «Камнем», 1329 г. — погибла вся новгородская торговая экспедиция, шедшая в Югру.

Но новгородцы лишь становились настойчивее. В XII в. они основали город Хлынов (Вятка), ставший центром колонизации Печорского края, проложили «Чрезкаменный путь» — систему речных путей и волоков в «Закаменную югру» (низовья Оби). В конце XIII в. в Новгороде появились новые суда для военных и торговых экспедиций — ушкуи, названные в честь белых медведей, по-поморски ушкуев. Нос и корму ушкуев украшали головы медведей, как на корабле былинного Соловья Будимировича: «На том соколе-корабле два медведя белые заморские». Узкие и длинные ушкуи были быстроходны, «ехали греблею и бежали парусом», по рекам и по морям, вперед носом и вперед кормою, ведь нос ушкуя не отличался от кормы. В каждом ушкуе помещалось по 30 воинов-гребцов, ушкуйников. Число достаточное, чтобы перетащить корабль волоком в другую реку.

Дерзкие, хорошо вооруженные, ушкуйники овладели речной системой Руси и Золотой Орды. Они довели до отчаяния золотоордынских ханов, разграбили всё приречное Поволжье, многократно разоряли золотоордынские города и даже взяли штурмом столицу Золотой Орды — Сарай. На морских ушкуях новгородцы выходили в Баренцево море и грабили норвежское побережье, а на Балтике проникали в финские шхеры и нападали с тыла на шведские крепости. Ушкуйники были популярны в Новгороде; удалые молодцы, часто из хороших семей, шли в ушкуйники. А.К. Толстой посвятил одному из них стихотворение «Ушкуйник»:

Одолела сила-удаль меня, молодца, Не чужая, своя удаль богатырская! А й в сердце тая удаль-то не вместится, А и сердце-то от удали разорвется!Пойду к батюшке на удаль горько плакаться, Пойду к матушке на силу в ноги кланяться: Отпустите свое детище дрочёное[146], Новгородским-то порядкам неучёное.Отпустите поиграти игры детские: Те ль обозы бить низовые, купецкие, Багрить на море кораблики урманские[147], Да на Волге жечь остроги басурманские!

Не обошли вниманием ушкуйники и Югру. В 1363 г. ушкуйники во главе с Александром Абакумовичем и Степаном Лепой вышли к реке Оби. Здесь они разделились — часть «детей боярских и людей молодых» направилась в низовья Оби до самого «Студёного моря» отбирать у местных пушнину и «рыбий зуб», а другие пошли гулять по верховьям Оби в землях сибирских татар. В XIV в. приуральская Югра была включена в состав новгородских волостей, хотя владения Великого Новгорода были непрочны.