Русская история: мифы и факты

О Пашкове и Бекетове пишет сосланный Сибирь протопоп Аввакум в своем «Житии». Пашков там изображен как главный сибирский мучитель страдальца за веру, а Бекетов — как невольная жертва Аввакума. Жестокости Пашкова, возможно преувеличенные, правдоподобны — здесь коса нашла на камень. Сам Аввакум пишет: «Десеть лет он меня мучил или я ево — не знаю; Бог разберет в день века». Описание же смерти Бекетова в Енисейске 4 марта 1655 г. противоречит фактам. Есть челобитная Бекетова от апреля 1655 г. с сообщением, что в марте 1655 г. он вместе с Онуфрием Степановым защищал от маньчжур Кумарский острог на Амуре. Свидетельства, что Бекетов был ещё жив в 1660—1661 гг., сомнительны. Скорее всего, он погиб во время «богдойского погрома» в 1656 г., когда отряд Степанова был разгромлен маньчжурами.

8.7. Русско-маньчжурский конфликт: мифология подвига

 Маньчжуры, а не китайцы. Участие Бекетова в защите Кумарского острога подводит нас к теме русско-маньчжурского противостояния в 1650 — 1680-е гг. События эти заслуживают места в пантеоне русской боевой славы. На Амуре казаки и служилые люди столкнулись не с сибирскими воинами, уступающими русским в вооружении и инженерной технике, а с армией империи Цин, одного из самых сильных и богатых государств мира. Столкнулись при соотношении сил, исключающем всякие шансы на успех. То, что малочисленным русским отрядам вообще удавалось в течение 40 лет противостоять цинским войскам, похоже на чудо. Отчасти чудо вызвано стремлением маньчжур избежать распыления сил и сначала завершить завоевание Китая, но немалую роль сыграла доблесть первопроходцев.

Русско-маньчжурский, или, как пишут, русско-китайский конфликт часто излагают искаженно. Его подают как стремление Китая сохранить за собой вассальные земли приамурских народов. На самом деле Китай никогда не владел Приамурьем. Земли эти входили в сферу влияния империи Чингисхана и его потомков, захвативших Китай (1235—1368), но, как только монгольское правление в Китае было свергнуто, северные его соседи вышли из вассальной зависимости. Одним из таких соседей были маньчжуры (чжурчжени), в ту пору раздробленные и не имевшие власти над племенами, жившими по Амуру и Уссури. Положение изменилось, когда Нурхаци объединил маньчжурские княжества (1596). В 1616 г. Нурхаци объявил создание государства Маньчжу Гурунь династии Цзин и завоевал китайскую провинцию Ляодун (1621). Сын Нурхаци, Абахай (1626—1643), дал династии новое имя Цин. К китайскому титулу хуанди (император) он добавил монгольский — Богдо-хан. При нем признали вассальную зависимость народы Приамурья. В период правления его сына Шуньчжи (1643—1662) маньчжуры завоевали Китай и империя Цин стала сильнейшим государством Восточной Азии.

Битва у Ачанска и «Кумарское сидение». В середине XVII в. маньчжурское влияние в Приамурье было минимально. Земли маньчжур начинались 600—800 км южнее Амура. В 1653 г. маньчжуры начали там строить оборонительную линию — «Ивовый палисад», прикрывающий их поселения от набегов с запада и севера. Неудивительно, что Василий Поярков, плававший по Амуру в 1643—1646 гг., не сталкивался с маньчжурами. Но казакам Ерофея Хабарова уже довелось перевидеться с маньчжурами. В первый амурский поход (1649—1650) они узнали, что местные дауры дают ясак «князю Богдою». Подчиниться Белому царю дауры отказывались и сбегали, бросив селения. Во второй поход (1651—1653) казакам сначала пришлось сражаться с местными племенами. Весной 1652 г. подошли и богдойские люди[181] — двухтысячное войско во главе с военачальником Сифу (Исинеем). Было у них 6 пушек, 30 пищалей, пороховые мины. Богдойцы напали на Ачанский острожек, где зимовали русские. О дальнейшем повествует сам Хабаров: