Вне науки, но претендующие на научность, располагаются писания, отрицающие саму Куликовскую битву (М. Аджи) либо перемещающие ее в Москву на Кулишки (А.Т. Фоменко и Г.В. Носовский; А.А. Бычков и др.). Главным их аргументом является отсутствие в окрестностях Куликова поля массовых захоронений и других материальных находок того времени. Действительно, находок немного, вдобавок находки, собранные в XIX в., исчезли во время революции. Ещё в 1810-х гг. директор училищ Тульской губернии С.Д. Нечаев, на землях которого находилось Куликово поле, скупал у крестьян сохранившиеся реликвии. Его дело продолжили сын и внук. Собирали находки и другие помещики. Удалось собрать немало экспонатов, но профессиональной экспертизы проведено не было. Коллекция Нечаевых до 1917 г. хранилась в помещичьей усадьбе в Полибине, а потом исчезла.
Датированные находки, собранные во второй половине XX — начале XXI в., немногочисленны — наконечники стрел и копий, стремя, панцирные пластины, фрагмент шлема, часть оторочки кольчуги из латуни, перстни-печатки, кресты, ордынская монета XIV в. с надписью «Султан Великий Узбек-хан», коробочка для мощей[105]. Находки есть, и тут важно учесть два обстоятельства. Во-первых, изделия из металла и металл как таковой ценились в те времена очень высоко[106], поэтому оружие и металлические изделия после битвы тщательно собирали, и не один раз. Надо сказать, что места других крупных битв того времени небогаты находками. Их нет ни на месте разгрома татарами литовско-русского войска на реке Ворскле (1399), где было убито 18 князей, в том числе Андрей и Дмитрий Ольгердовичи, ни при слиянии Терека и Малки, где Тамерлан нанес страшное поражение Тохтамышу (1395), ни на месте Грюнвальдской битвы, положившей конец Тевтонскому ордену (1410). Во-вторых, юг Тульской области лежит в зоне черноземов, чрезвычайно биологически активных, способных быстро окислить и растворить изделия из железа. Это же относится и к органическому материалу — одежде и костям скелета.
Основную критику противников битвы на Куликовом поле вызывает отсутствие захоронений. Проблема начала проясняться лишь в последнее время. В 2006 г. российские учёные провели полевое исследование, используя радиолокатор нового поколения для подземного зондирования, превосходящий все известные образцы. В западной части Куликова поля были обнаружены шесть объектов — захоронения размером 1012 метров. В захоронениях не нашли сохранившихся костей, но анализ проб грунта показал, что они содержат прах — разрушенную плоть, включая костную ткань. Пока неясно время погребения и чей это прах — людей или животных, но очевидно, что это не скотомогильники, их глубина обычно намного больше. По версии учёных, измотанные битвой люди закопали своих убитых на толщину тонкого слоя чернозема (около 1 метра), под которым была плотная глина, трудно поддающаяся лопате[107].
Здесь придётся кратко остановиться на книгах А.Т. Фоменко и Г.В. Носовского, перенесших место Куликовской битвы из Тульской области в центр Москвы, на Кулишки (близ Солянки) и Кучково поле (между Сретенкой и Лубянкой), ибо, согласно авторам, на этом месте и было то самое Куликово поле, где волжские и сибирские казаки Костромского князя-хана Дмитрия (он же Тохтамыш) нанесли поражение польским и литовским казакам темника Мамая (Ногая, он же христианин Маммий). Нам также сообщают, что река Москва называлась Дон, Непрядва — производное от Неглинки и Напрудной, а Москву основал Дмитрий-Тохтамыш через два года после Куликовской битвы.
Разоблачению «новохронологии» Фоменко и Носовского, извративших русскую и мировую историю, посвящены статьи, книги, научные конференции. Хотя от версии о Куликовской битве в Москве не оставили камня на камне историки по XIV в. В.А. Кучкин и А.Е. Петров, Фоменко с Носовским продолжают публиковать всё новые книги, причем большими тиражами с яркими обложками. Главное же, что эти книги покупают и они оказались бизнесом лишь немногим уступающим по доходности «Коду да Винчи» Дэна Брауна. Более того, уже не математики, как Фоменко с Носовским, а археологи А.А. Бычков, А.Ю. Низовский и П.Ю. Черносвитов публикуют книгу «Загадки Древней Руси», в которой также утверждают, что Куликовская битва произошла в Москве.
Совершенно ясно, что спрос на подобные книги определяется запросом, а он есть следствие психологического состояния общества. Если говорить о России, то общество последние десятилетия находится в кризисе и лишь медленно, с отступлениями, начинает из него выходить. С этой позиции можно оценить перспективы сохранения исторической памяти о Куликовской битве. Очевидно, что утверждающие исторические мифы могут существовать лишь если народ ими гордится. Хочется верить, что Россия прошла нижнюю точку кризиса и сейчас возрождается в единственной возможной для неё форме — как государство русской цивилизации. Если эта тенденция превратится в устойчивое поступательное движение, то Куликовская битва имеет все основания сохранить достойное ей место в народной памяти.
6. ТРЕТИЙ РИМ