Русская пехота в последних войнах Российской империи

К трем часам дня Сморгонь была освобождена. Кроме 1-го батальона 269-го пехотного Новоржевского полка подполковника В. Первышина в бою из состава 68-й пехотной дивизии участвовали 2, 3, 4, 9, 11 и 15-я роты 272-го пехотного Гдовского полка штабс-капитана П. Родионова, поручика А. Степанова, подпоручика М. Рамуля, прапорщиков А. Попова, И. Научигина и С. Яковлева. 270-й пехотный Гатчинский полк поспел только к «шапочному разбору». Офицеры, «герои Сморгони», за «личное мужество и беззаветную храбрость» были удостоены Георгиевских наград (золотого георгиевского оружия или ордена Св. Великомученика и Победоносца Георгия IV степени).

Штабс-капитан Порфирий Родионов «первым ворвался в м. Сморгонь и, продолжая теснить противника, достиг его батареи, стоящей на позиции у р. Вилии; бросившись с криком «ура» в атаку на батарею противника, был наповал убит, смертью героя запечатлев содеянный им блестящий воинский подвиг». Был «убит наповал в самом местечке Сморгонь» и прапорщик Иван Научигин.

2-й конно-егерский батальон немцев был почти полностью уничтожен. В плен было захвачено несколько сотен егерей, 8 офицеров и 9 пулеметов. 7 офицеров, 147 солдат, один пулемет и множество зарядных ящиков и повозок захватил 1 батальон Новоржевского полка.

На сборный пункт подъехал командир полка. Генерал поздравил батальон с победой, остался доволен, что потери были небольшими, и приказал представить наиболее отличившихся солдат к награждению Георгиевскими крестами. После боев за Сморгонь в составе 68-й дивизии осталось 3375 штыков, 11 пулеметов и 18 орудий.

Попытка немцев окружить 10-ю армию русских окончилась неудачей. Наступление привело к некоторому выигрышу территории, заставив русские армии отойти на линию река Западная Двина, Двинск, Вилейка, Барановичи, Пинск, где фронт стабилизировался.

<p>Нарочская операция</p>

В начале 1916 г. 68-я пехотная дивизия приняла участие в Нарочской операции 5—16 марта. Проведение операции было вызвано стремлением облегчить положение французов в районе Вердена. Французы полагали, что наступление на Верден являлось началом решительных операций противника на их фронте. Важно было, чтобы союзники активными действиями на своих фронтах сковали силы неприятеля, лишили его свободы маневрирования. Особое значение имело наступление на русском фронте. В телеграмме Жоффра, которую дословно приводил в своем письме генерал По, говорилось: «В предвидении развития, вполне в настоящее время вероятного, германских операций на нашем фронте и на основании постановлений совещания в Шантильи, я прошу, чтобы русская армия безотлагательно приступила к подготовке наступления, предусмотренного этим совещанием».

Русское командование решило до начала общего наступления армий Антанты, намеченного на май 1916 г., провести в марте наступательную операцию на северном крыле фронта. 11 февраля в Ставке состоялось совещание по оперативным вопросам. На нем было намечено перейти в решительное наступление, собрав в точке удара возможно большие силы. 3 марта Алексеев отдал директиву о переходе в наступление. Общей целью действий войск в операции ставилось достижение линии Митава, Бауск, Вилькомир, Вильна, Делятичи. Главные удары наносились: Северным фронтом из района Якобштадта в направлении на Поневеж, Западным фронтом – войсками 2-й армии на Свенцяны, Вилькомир. 68-я пехотная дивизия вместе 25-й пехотной дивизией входила в состав XXXVI армейского корпуса 2-й армии Западного фронта.

К моменту перехода дивизия была пополнена людьми до полного штатного состава. Однако, как и другие части, испытывала «настоятельную нужду в тяжелом шанцевом инструменте – в кирко-мотыгах и, особенно, ломах». Еще больший недостаток, чем в шанцевом инструменте, части испытывали в винтовках: в 36 армейском корпусе не хватало 2819 винтовок. Большие недостатки были в снабжении обмундированием: «Теплой одеждой войска, вообще, обеспечены, – докладывал генерал Кондратович, – но в частях 36-го корпуса телогрейки еще не получены, что недопустимо; сапоги повсюду плохи и много маломерных. Бельем люди обеспечены слабо». По свидетельству Кондратовича: «Изо дня в день части питаются одним супом; каша не варится, так как нет масла и сала. Отпускаемая частям крупа закладывается в суп».

Рядовой Новоржевского полка Маркел Максимов вспоминал о «расположенном рядом с нами Гатчинским полке. В этом полку царил хаос. Солдаты были совершенно голодные, кормили плохо, и они часто к нам ходили за хлебом и показывали нам их суп и кашу. Совершенно суп постный, каша гречневая без масла, хлеб давали на 16 человек 8-фунтовую буханку – так их готовили к наступлению. Это просто мы были очевидцами, а за день до наступления снабдили их всеми продуктами. Дали хлеба по две буханки, консервы, масло и нагроможденные как верблюды солдаты должны были идти в наступление».

Однако настроение бойцов было высокое; все с нетерпением ждали часа атаки, которая была назначена на 12 часов 5 марта, и с полной решимостью готовы были броситься вперед на штурм неприятельской оборонительной полосы.