Русская пехота в последних войнах Российской империи

Еще с 7 утра заговорил бог войны – русская артиллерия. Интенсивность огневой подготовки была неожиданно высокой даже для русских войск. По мнению немецких военных, масштабы артподготовки были беспрецедентны для Восточного фронта.

К 12 часам напряжение атакующих достигло высшей точки. Приближалась ответственная, решительная минута. Однако поступил приказ: повременить с атакой. Командующий группировки генерал Балуев требовал непременного перехода в атаку всех частей одновременно, а одна из частей 68-й дивизии была не готова к атаке.

Потянулись тягостные минуты ожидания. Напряжение перед атакой стало сменяться чувством усталости. Созданный было подъем настроения начал переходить в равнодушие и даже страх перед неизвестностью, которая остановила атаку. Может быть, атаки не будет совсем? Может быть, ее заставят производить в такой момент, когда нужного подъема для атаки уже не будет?

Три часа пехотинцы находились в тягостном состоянии. Нервы у многих не выдержали. Пошли разговоры о предательстве и измене. Готовность атаковать сменилась боязнью смерти, страхом перед неизвестностью…

В этот момент дан был сигнал атаки для 68-й дивизии. Она наступала 269-м Новоржевским полком в обход оз. Вишневского справа. Атака полка была остановлена массированным артиллерийским огнем немецкой артиллерии. Маркел Максимов вспоминал: «Ну что же получилось – солдаты наши вышли из окопов, и вот тут-то и началось теперь с его стороны, а то он все молчал. Только солдаты вышли из окопов, он начал бить со всех родов оружия. Запасные полки начали выходить из окопов и не успеют добежать до горки к искусственным защитам, он дает очереди из пулеметов и орудий, части назад. Здесь кричат в окопе наши офицеры: «Давай помощи!» А помощь никак не может перейти бугорок, расположенный за нашим окопом, уже весь бугор завален трупами и впереди одни трупы».

В ответ по немецкой артиллерии был сосредоточен огонь тяжелой артиллерии XXXVI армейского корпуса. Однако немцы меняли свои позиции и каждый раз, когда новоржевцы пытались наступать, они вновь и вновь останавливались огнем артиллерии противника из-за оз. Вишневского. Полк не в состоянии был наступать и залег. Остальные же полки 68-й дивизии в этот день совсем не участвовали в наступлении: 271-й Красносельский полк имел пассивную задачу наблюдения за р. Спяглинкой; 270-й Гатчинский и 272-й Гдовский полки находились в резерве. По воспоминаниям Маркела Максимова: «Итак, подготовленная атака наших частей сорвалась, никаких результатов наше командование не добилось. Части, кои подползли к проволочным заграждениям, частью погибли, частью остались лежать под проволочным заграждением и они там лежали двое суток после наступательных дней. Назад отступать нельзя и вперед идти некуда, и никто их там не заменяет, другие сменные командиры говорят: «Либо назад отойдите, либо займите немецкие окопы, тогда вас сменим». И так из наших частей больше всех пострадал рядом стоящий с нами полк, кажется Гатчинский 270-й пехотный полк».

6 и 7 марта части 68-й пехотной дивизии вели вялую перестрелку с противником. 8 марта дивизия получила вспомогательную задачу содействовать наступлению 25-й пехотной дивизии. Попытка 269-го Новоржевского полка наступать была встречена сильным огнем со стороны противника. Полк залег в ожидании, когда продвинется сосед справа – 25-я дивизия. Однако продвижение 25-й пехотной было незначительным, и новоржевцы остались на прежнем месте. Тем более что все огневые средства XXXVI армейского корпуса были сосредоточены по участку наступления 25-и дивизии, и 68-й приходилось наступать без артиллерийской поддержки. Однако атаки повторялись вновь и вновь. По свидетельству немецкого генерала М. Гоффмана: «С 18(5) по 21(8) марта и затем еще раз 26(13) длились пехотные атаки, веденные, как всегда, смело и настойчиво, несмотря на тяжелые потери. Между обоими озерами (Вишневским и Нарочским) был, к сожалению, опрокинут один баденский резервный полк; временно на этом участке положение было критическое, но затем 10-й армии удалось перехватить прорыв и остановить его. Все прочие атаки были отражены с тягчайшими для русских потерями». Потери частей XXXVI армейского корпуса достигли 30 % от первоначального состава…

Несмотря на неудачи боевой дух войск был высок. В письмах родным, например, рядовой 9-й роты 269-го Новоржевского полка Арбузов писал: «Нам не страшна смерть, и мы будем храбро сражаться за веру, царя и отечество». В письме рядового 11-й роты Гатчинского полка Александра Боронова: «Обо мне не тужите, в окопах жить хорошо, это вас там только дома страшат окопы, а в окопах жить все равно, что дома. Молитесь больше, но не тужите. Хотя бы мне пришлось умереть, но умру за веру, царя и отечество».

Операция не привела к успеху. Однако наступление имело и свои положительные стороны, оказав известное влияние на ход борьбы на западноевропейском театре, оно вынудило германское командование перебросить сюда свыше четырех дивизий. Это была существенная помощь французам. Атаки германцев на Верден были временно прекращены.