Русская пехота в последних войнах Российской империи

Передовые части обходных колонн Ноги еще в 10 часов утра миновали Сыфантай, а к вечеру находились уже в 10 км к северу от него, то есть в тылу правого фланга 2-й Маньчжурской армии, на линии Сандиаза – Таминтунь,

Находящаяся на восточном фланге армия Кавамуры в этот день продолжала атаки на Цинхэченский отряд, хотя уже менее энергично, чем в предшествующие дни. Войска Куроки снова атаковали III Сиб. корпус и захватили еще 3 редута. Одновременно 4-я армия генерала Нодзу начала по приказу маршала Ойямы атаки на Путиловскую сопку, составлявшую главный опорный пункт русского центра. Очевидно, что эти атаки имели целью удержать генерала Куропаткина от мысли двинуть часть войск центра против обходных колонн 3-й армии Ноги.

4-я армия генерала Нодзу, атаковавшая центр русского фронта, была развернута следующим образом: на левом фланге 6-я пехотная дивизия Окубо должна атаковать Шахэпу, в центре находился фронт резервных бригад Окубо II и Томоясу, правофланговая 10-я дивизия Андо атаковала Путиловскую сопку. Армия была усилена осадным парком, состоявшим из 12-см, 15-см и 18-см пушек, 20-см и 28-см мортир, гаубиц различных калибров. Всего против центра русской армии было сосредоточено 108 крупнокалиберных орудий. Десять 28-см мортир были распределены на две батареи: одна из шести единиц размещалась у д. Шишанцзы (Саньсацза) в 6 верстах от Путиловской сопки; вторая из четырех орудий у д. Джулюцзу (Падяцза) близ станции Шахэ.

Выбор Путиловской сопки как объекта атаки японской армии, кроме важного тактического значения, обусловливался и моральным фактором. В сражении на реке Шахэ японцы успешно отразили русское наступление, но потерпели частное поражение на Путиловской сопке. Русские части под командованием генерала Путилова захватили на этой сопке 12 японских орудий. Несколько месяцев японцы были вынуждены смотреть, как потерянная ими сопка укрепляется русскими. Новое наступление давало шанс японцам искупить прошлые неудачи.

15 февраля более двухсот орудий с русской и японской сторон начали огневую дуэль. Грохот выстрелов и разрывов снарядов был слышен даже на расстоянии 50 км. Артиллерия японцев, включая 28-см орудия, обстреливала позиции XVII армейского, VI Сибирского и I армейского корпусов. Особенно интенсивно обстреливались позиции на Путиловской и Новгородской сопках, занимаемых частями 22-й пехотной дивизии. 28-см гаубицы вели огонь по передовым траншеям, осадные орудия обстреливали Путиловскую и Новгородскую сопки. К 16 часам японской артиллерии удалось поразить один из складов боеприпасов и поджечь несколько деревень в тылу русских позиций. Русская артиллерия вела ответный огонь, но он был слабее. К полуночи артиллерийская канонада стихла. И в ночь на 16 февраля был дан приказ – пехоте начать с рассветом движение к позициям русских.

10-я пехотная дивизия развертывалась для атаки Путиловской сопки следующим образом: 8-я бригада генерала Отамы составила правый фланг, 20-я бригада генерала Имабаши – левый. Командиры полков 20-й бригады: 20-го полка Маэда и 39-го полка Маруяма были любимцами всей армии. Солдаты этих полков известие, что им предстоит атаковать Путиловскю сопку, встретили криками радости.

Утром 16 февраля бригада Имабаши начала осторожное продвижение вперед. Используя складки местности, японцы цепями, несмотря на огонь русской артиллерии, продвинулись к вечеру на 1000 шагов вперед.

Встревоженный возможностью японского генерального наступления, командующий 3-й Маньчжурской армией Бильдерлинг издал приказ, чтобы все склады были отправлены на север, это касалось и тыловых частей. Эти действия указывали на подготовку отступления. Тем не менее, этот результат не был вызван огнем японской осадной артиллерии, действие которой имело больше моральный эффект. Потери русских частей на Путиловской и Новгородской сопках насчитывали 5 офицеров и 28 нижних чинов, несмотря на то, что по их позициям было выпущено более 1000 снарядов. Столь малые потери, обусловленные наличием широко разветвленной сети траншей, по которым защитники могли перемещаться, а также небольшим количеством осколков, которые давали японские снаряды. Ущерб, нанесенный самим укреплениям, был значительным, и несколько блиндажей были так сильно повреждены, что они не могли быть восстановлены в течение ночи.

16 февраля обстрел позиций корпуса продолжился. Японская осадная артиллерия обстреливала укрепления, полевая артиллерия обстреливала батареи. Огонь японцев был настолько сильным, что русская артиллерия почти не могла вести ответную стрельбу. Только осадные орудия батарей № 3 и 8 вели огонь по позициям японских 28-см мортир. К 4 часам 15 минутам дня русская артиллерия подавила огонь двух японских мортир.

Снаряд, выпущенный русской 6-дм гаубицей, разорвался в японском укрытии, убив двух офицеров и четырнадцать рядовых, и этот случай, с несколькими другими, меньшими по масштабам потерь, по-видимому, позволил японцам предположить, что огонь их собственной артиллерии очень эффективен.