Читаем Русские народные сказки полностью

Барин насыпал ему воз хлеба. Мужичок приезжает домой. А у них в деревне был богатый мужик, и такой завистливый! Приходит к мужичку, спрашивает: «Где взял хлеба?» — «Спасибо мне барин насыпал целый воз!» — «За что же он тебе насыпал?» — «Он мне загадал загадку, я ее разгадал. Он мне за это и насыпал целый воз хлеба».

Богач подумал: «Поеду и я — и я, может, разгадаю!» А была у него тройка лошадей хороших. Приезжает он к барину. Барин спрашивает: «Что надо, мужичок?» — «Да вот, к вашей милости приехал! Не отпустите ли мне хлебца?» — «Отпущу тебе хлебца, только разгадай мою загадку! А не разгадаешь, тогда тройка твоя останется у меня!» — «Быть может, — думает, — разгадаю!»

Барин спрашивает: «Ну, скажи мне: чего быстрее на свете нет?» Богач показывает на своего жеребенка: «Вот быстрее моего жеребенка ничего на свете нет!» Барин говорит: «Нет, это неправда! Разгадай еще: чего сильнее на свете нет?» — «Сильнее медведя нет ничего на свете!» — «И это неправда! А чего милее на свете нет?» — «А что, барин? Милее жены ничего на свете нет!» Барин ему: «У тебя хлеба много своего — ты и отгадывать не умеешь!»

Ну, делать нечего, пошел мужик домой. А тройка лошадей осталась у барина.


73. Два брата


Жили два брата — мельники. Один брат мелет муку — дорого берет, а другой подешевле. У этого, который дешевле мелет, народу очень много. Другому брату стало завидно. Зовет он его в лес: «Поедем, брат, поищем мне вал на мельницу!» Только этот богатый взял хлеба, всего, а бедный ничего не взял с собой. Вот день проходит, два. Бедный мельник есть очень захотел. Просит у брата: «Брат, дай мне поесть!» — «Что ж, — говорит, — ты из дому не взял? Дай глаз выколю, дам тогда». Он думал, думал: «На, — говорит, — глаз, нечего делать». Он ему глаз выколол, дал хлебца кусочек. Вот они по лесу опять ходили, ходили, снова есть захотел брат. Просит: «Брат! Дай мне хлебца!» — «Дай, — говорит, — другой глаз выколю!» Он думал, думал. Есть хочется, а глаз жалко ему. «Нечего делать, — говорит, — на, брат, коли!» Вот он выколол второй глаз, дал хлебца ему и ушел от него.

Пришла ночь, залез этот слепой мужичок на сосну. Приходят три окаяшки[97], залезли под сосну и говорят меж собой. Один говорит: «Я вот что знаю: кто слеп, утром встань пораньше, до свету, помажь росой глаза — прозреешь!» А другой говорит: «А я вот что знаю: в одном месте мельницу делают, пруд копают — воды нет. Если в таком-то кусте раскопать, в пруду много воды будет!» Третий говорит: «А я вот что знаю. У царя дочь больна. Поймать лягушку, изжарить, отдать ей съесть — здорова будет!»



Мужичок выслушал все эти речи. Ушли они, он слез с сосны утром, помазал себе глаза росой — стал немного видеть. Помазал еще раз — больше стал видеть. Помазал в третий — совсем прозрел. Отправился он туда, где мельницу делают, пруд копают. Пришел: «Что вы, братцы, делаете?» — «Копаем пруд, а воды нет». — «Что дадите, если я вам воду пущу?» Подрядчик говорит: «Вот тебе лошадь и денег сколько хочешь дам, только сделай, пожалуйста!» Он им и сказал: «Вот в этом месте куст раскопайте!» Раскопали куст, воды много стало, и дали мужичку много денег за это.

Отправился мужик к царю. Подходит ко дворцу, там спрашивают: «Что за человек такой?» — «Я, — говорит, — слышал, что у царя дочь нездорова. Я могу ее вылечить!»

Царь услыхал, позвал его к себе: «Что, — говорит, — братец, ты можешь мою дочь вылечить?» Он говорит: «Могу! Прикажите лягушку поймать, изжарить, дать вашей дочери съесть — и будет здорова!» Поймали лягушку, изжарили, дали ей. Съела она, стала здорова. Царь его за это поблагодарил: «Что угодно бери!» Взял мужик много денег, и злата, и серебра.

Приезжает домой. Дома обрадовались ему. «Где ты был?» — спрашивают. Он рассказал и посылает к брату своего сына: «Ступай, меру принеси, у дяди попроси!» Прибегает сын к дяде: «Дяденька! Дай меру, батюшка велел просить!» — «На что ему?» — «Не знаю».

Вот мальчик принес меру, стали деньги мерить. Смерили, велели мальчику меру отнести. А к мере-то пятака два прилипло. Увидел это брат. «Должно быть, — говорит, — он деньги мерил! Пойду схожу к нему!» Пришел и спрашивает: «Брат, ты никак деньги мерой мерил?» — «Да, деньги». — «Где же ты взял их?» Он рассказал все.

Старший брат и говорит: «Поди в лес, мне глаза выколи». Пошел он с ним в лес, выколол ему глаза. Тот, слепой, на сосну залез.

Пришли три окаяшки и говорят: «Ты что знаешь? А я вот что знаю: один мужик прозрел!» Другой говорит: «А я вот что знаю: мельница мелет, где пруд-то копали, а воды не было!» Третий говорит: «А я вот что знаю: царская дочь выздоровела. Кто-нибудь был, нас подслушал…» — «Нет ли, — говорят, — кого тут теперь?»

Взглянули, увидели, что мельник наверху сидит, и разорвали его, дружка.


74. Церковная служба


Выходит дьякон.[98] Становится на амвон[99], а поп и говорит: «Дьякон, дьякон, посмотри-ка в окошко, не идет ли кто, не несет ли чего?» Дьякон отвечает: «Старуха идет, горшок масла несет!» А дьячок[100] поет: «Подай, господи!»

Перейти на страницу:

Все книги серии Школьная библиотека (Детская литература)

Возмездие
Возмездие

Музыка Блока, родившаяся на рубеже двух эпох, вобрала в себя и приятие страшного мира с его мученьями и гибелью, и зачарованность странным миром, «закутанным в цветной туман». С нею явились неизбывная отзывчивость и небывалая ответственность поэта, восприимчивость к мировой боли, предвосхищение катастрофы, предчувствие неизбежного возмездия. Александр Блок — откровение для многих читательских поколений.«Самое удобное измерять наш символизм градусами поэзии Блока. Это живая ртуть, у него и тепло и холодно, а там всегда жарко. Блок развивался нормально — из мальчика, начитавшегося Соловьева и Фета, он стал русским романтиком, умудренным германскими и английскими братьями, и, наконец, русским поэтом, который осуществил заветную мечту Пушкина — в просвещении стать с веком наравне.Блоком мы измеряли прошлое, как землемер разграфляет тонкой сеткой на участки необозримые поля. Через Блока мы видели и Пушкина, и Гете, и Боратынского, и Новалиса, но в новом порядке, ибо все они предстали нам как притоки несущейся вдаль русской поэзии, единой и не оскудевающей в вечном движении.»Осип Мандельштам

Александр Александрович Блок , Александр Блок

Кино / Проза / Русская классическая проза / Прочее / Современная проза

Похожие книги

Висрамиани
Висрамиани

«Висрамиани» имеет свою многовековую историю. Тема волнующей любви Вис и Рамина нашла свое выражение в литературах Востока, особенно в персидской поэзии, а затем стала источником грузинского романа в прозе «Висрамиани», написанного выдающимся поэтом Грузии Саргисом Тмогвели (конец XII века). Язык романа оригинален и классически совершенен.Популярность романтической истории Вис и Рамина все более усиливалась на протяжении веков. Их имена упоминались знаменитыми грузинскими одописцами XII века Шавтели и Чахрухадзе. Вис и Рамин дважды упоминаются в «Картлис цховреба» («Летопись Грузии»); Шота Руставели трижды ссылается на них в своей гениальной поэме.Любовь понимается автором, как всепоглощающая страсть. «Кто не влюблен, — провозглашает он, — тот не человек». Силой художественного слова автор старается воздействовать на читателя, вызвать сочувствие к жертвам всепоглощающей любви. Автор считает безнравственным, противоестественным поступок старого царя Моабада, женившегося на молодой Вис и омрачившего ее жизнь. Страстная любовь Вис к красавцу Рамину является естественным следствием ее глубокой ненависти к старику Моабаду, ее протеста против брака с ним. Такова концепция произведения.Увлечение этим романом в Грузии характерно не только для средневековья. Несмотря на гибель рукописей «Висрамиани» в эпоху монгольского нашествия, все же до нас дошли в целости и сохранности списки XVII и XVIII веков, ведущие свое происхождение от ранних рукописей «Висрамиани». Они хранятся в Институте рукописей Академии наук Грузинской ССР.В результате разыскания и восстановления списков имена Вис и Рамин снова ожили.Настоящий перевод сделан С. Иорданишвили с грузинского академического издания «Висрамиани», выпущенного в 1938 году и явившегося итогом большой работы грузинских ученых по критическому изучению и установлению по рукописям XVII–XVIII веков канонического текста. Этот перевод впервые был издан нашим издательством в 1949 году под редакцией академика Академии наук Грузинской ССР К. Кекелидзе и воспроизводится без изменений. Вместе с тем издательство намечает выпуск академического издания «Висрамиани», снабженного научным комментарием.

Саргис Тмогвели

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги