Русские отряды на французском и македонском фронтах (1916-1918 г.г.)

2 пехотные бригады по 2 полка каждая (12 батальонов);

2 маршевых батальона;

2) Артиллерия:

Управление артиллерийской бригады;

2 группы 75-миллиметровых батарей;

1 группа 65-миллиметровых горных батарей;

1 группа из двух батарей 120-миллиметровых;

1 траншейная батарея из 6 орудий 58-миллиметровых;

1 запасная батарея;

Управление парковой бригады;

3 парка (артиллерийский и пехотный, смешанный);

3) Инженерные войска:

2 роты саперов;

1 отделение инженерного парка;

1 запасная рота;

1 прожекторное отделение;

1 телеграфное отделение;

4) Обоз:

1 рота – обозная;

1 рота – вьючная.

Вследствие такого сообщения генерал Саррайль распорядился объединить командование обеими русскими бригадами в лице старшего бригадного командира, и 5 июня 1917 года генерал Дитерихс вступил в обязанность командующего 2-й особой русской дивизией.

2-я особая бригада составила 1-ю бригаду 2-й особой дивизии, а 4-я особая бригада – 2-ю бригаду той же дивизии.

Однако в действительности намеченная программа не могла быть быстро доведена до конца. Причина тому – необходимость подачи значительного числа дополнительных пополнений[85], а также разраставшаяся в России революция, нарушившая планомерность отправки дополнительных укомплектований из России и сделавшая для французского правительства, опасавшегося революционной заразы, их прибытие даже нежелательным.

Читатель уже знает, что вопрос о дивизионной организации русских войск, отправленных за границу, возник еще в 1916 году, почти одновременно с появлением русских войск на территории Франции. Однако с развитием русской революции от осуществления этой мысли отказались на территории Франции, где влияние этой революции на русские части сказалось быстрее и, может быть, в более острой форме. Напротив, общая недостаточность союзных сил на македонском фронте, в связи с более значительной изолированностью этого фронта от агитаторов и пропагандистов, позволила генералу Саррайлю прийти к решению о желательности продолжать присылку русских пополнений для скорейшего осуществления идеи переформирования 2-й и 4-й особых бригад в дивизию, снабженную своей артиллерией и инженерными войсками.

Необходимые для проведения этой реформы люди стали прибывать, однако, только в сентябре и октябре 1917 года. 14 сентября во Флорину прибыл полковник Студенцов с эшелоном 2-й особой артиллерийской бригады, но еще долгое время часть батарей дожидалась своих пушек. Только 17 ноября прибывший в Македонию командир артиллерийской бригады генерал Беляев закончил артиллерийскую разведку позиций и расчет необходимых средств связи. Затем затребованы были транспорты для перевозки боевых припасов. Лишь в конце декабря французская артиллерия на фронте правофлангового участка дивизии могла быть усилена батареями 2-й особой артиллерийской бригады, начальником артиллерии этого участка назначен полковник Перминов.

Что касается 2-го особого саперного батальона, то таковой прибыл во Флорину 2 ноября. Получив там лошадей и мулов для транспортирования своей материальной части, батальон выступил в расположение дивизии. Но к этому времени, как читатель увидит в следующей главе, уже значительно изменилась физиономия русских войск в Македонии, так что вновь прибывшие специальные части могли быть использованы на боевом фронте дивизии лишь в очень ограниченном размере.

Пребывание на отдыхе и переформирование русских бригад в дивизию совпало с рядом весьма значительных изменений в командном составе русских войск на салоникском фронте и с начальным периодом деятельности войсковых комитетов, уже избранных в середине мая.

Естественным результатом включения 4-й особой бригады в дивизию было отозвание в Россию начальника этой бригады генерала Леонтьева, пользовавшегося правами начальника «отдельной» бригады. Должность командира 2-й бригады была возложена на произведенного в генералы бывшего командира 3-го особого полка полковника Тарбеева. В командование же 1-й бригадой временно вступил полковник Александров, оставшийся одновременно и командиром 4-го особого полка. Наконец, в начале июля был вызван в Россию и генерал Дитерихс, получивший более высокое служебное положение, и в командование 2-й особой русской дивизией временно вступил все тот же генерал Тарбеев. 4-я особая бригада поступила под команду полковника Грундштрема.

При всех выдающихся личных качествах и служебных достоинствах вновь назначенных лиц нельзя, однако, не заметить, что эти перемены были крайне несвоевременны. Солдатские умы переживали тяжелый период революционного смятения, и частые смены начальствующих лиц, укрепляя влияние войсковых комитетов, несомненно ускоряли процесс разложения войсковых частей.