Русские сказания

Среди деревенских книжек, продававшихся на базаре по пятаку и бывших у крестьян в домах, попадались и описания жизни российских Святителей, разных Архиереев, мирян и т. д. О Великом Князе Михаиле Черниговском был ряд книжек, о Сергии Радонежском, Антонии и Феодосии Печерских, Преподобном Серафиме Саровском, Отце Иоанне Кронштадтском. Покупали их весьма охотно. По ним учились вере отцов. Но то, что говорили о подвижниках разные книгоноши, было не записанным. Так, нам довелось слышать: «И сидит это Авва Иаким на болоте, а комары его жалят, а он их кормит: надо же им, бедным!» В другой раз мы слышали: «На дальнем Севере, где и береза не растет, вербы не увидишь, поставлен скит, несколько сосен вокруг, холодами пригнутых к земле, и живут там двадцать отцов, Богу молятся, травой, рыбой, ржаным хлебом, грибами, ягодами питаются. Ничего у них нет, кроме куска черного хлеба в среду-пятницу да стакана квасу. В четверг получают рыбу, в субботу и воскресенье також, а в остальные дни молятся Богу, Первородный Грех замаливают. Хоть и освободил нас Христос от него, но мы все — Адамовы Дети, а потому и каждого из нас Христос тоже освободить от него должен!» Таков был взгляд русского человека: Бог простил, а ты еще помолись, потрудись Богу за Его прощение! В этом взгляде на подвижничество как бы взгляд йогов Индии: они стремятся не столько к умерщвлению плоти, как к очищению духа. Подвижничество считало, что если Бог и простил грех, так будут еще в будущем грехи, и, может, худшие. Так понимали подвижничество наши крестьяне, народ, и так каждый человек из простых людей думал, стремясь к этому идеалу. Революция показала, что бездна греха остается в душе человеческой и что не так просто от нее освободиться. В самом начале революции старые люди говорили о ней как о вовлечении всех во грех. Мы не можем не согласиться с нашим народом. Он это понял тоньше, чем люди образованные: «…и видит святой Иасафий перед ним как бы лестницу, и первая ступенька, а на ней калом намазано: «грех!» И Ангел ему говорит: «Ступи на первую, и поскользнешься в гадости, и полетишь все ниже и ниже!» А на второй написано: «воровство!» А на третьей: «убийство!» И в самом низу яма большая, гадами кишащая: «В нее же сверзишься, и будут они тебя жалить до скончания веков! Аминь!» — так рассказывал прохожий монашек о «Сне преподобного Иасафа». А был ли когда такой святой или это чистейший апокриф, сказать не можем.

Многие истории слышали мы в детские годы на эту тему, но не все, к нашему сожалению, удержали в памяти.

СВАДЬБА