Русские в СССР

Добавим ко всему этому высокий уровень кооперации русского крестьянства – и получим весьма своеобразную картину. Россия явно не вписывалась в тогдашний западный капитализм. И были все предпосылки для самой настоящей социалистической революции сверху (по К.Н. Леонтьеву – «русский Царь во главе социалистического движения»).

Эта революция явно назревала. Атакуемое либералами самодержавие после победы в войне, несомненно, ответило бы на их атаки мощнейшей контратакой. Но оно и так держало оборону до последнего. Либералам позарез нужно было создание «ответственного министерства». Они жаждали поставить правительство и царя под контроль парламента (Думы), сделав власть полностью зависимой от плутократии. Государь же упорно противился этим попыткам, что, кстати, говорит о наличии у него незаурядной политической воли. Будь царь «тряпкой», как это утверждают многочисленные его недоброжелатели, то он с облегчением согласился бы на «ответственное министерство» и спокойненько сидел бы на троне – «царствуя, но не правя». Однако же им был выбран совсем иной – трудный и опасный путь – хранение самодержавия от домогательств международной олигархии.

Было ли в этом нечто особенное? Ведь тогдашняя Германия также не имела «ответственного министерства», хотя рейхстаг и обладал мощнейшим влияниям на власть. Но, как отмечают исследователи, парламентская братия не очень-то и настаивала на нем. А чего настаивать – германский правитель и так находился под плотной опекой крупного капитала: «Кайзер приближал ко двору магнатов индустрии, банковского и торгового капитала, – пишет Б.М. Туполев. – В его окружение входили такие крупные промышленники, как Крупп, Карл Фердинанд фон Штумм-Хальберг, Гвидо Хенкель-Доннерсмарк, банкиры Артур фон Гвиннер и Карл Хельферих от «Дойче банк», и происходившие обычно из прусских юнкерских фамилий офицеры и представители высшей бюрократии» («Германия» // «Монархи Европы. Судьбы династий»).

Русский же царь, хоть и шел на некоторые экономические уступки крупному капиталу, предпочитал держаться от него на удалении. Вот почему на него так и давили с «ответственным министерством». После его введения монархия бы перестала быть самодержавной, а стала парламентской (что вполне устраивало Запад). Но этого не произошло, и Российскую империю пришлось ломать, что привело к нежелательной большевизации, к национализации банков и заводов, к прекращению парламентской болтовни и пр. Радикализация России закономерно привела и к радикализации Германии, в результате чего пришлось ломать и гораздо более покладистую Германскую империю. Правда, кайзера никто не тронул – ему позволили бежать в Голландию, а потом еще и прислали туда 58 вагонов с разным шикарным барахлом. Он-то был «своим в доску», в отличие от Николая Александровича, которому не простили его «проклятое русское упрямство».

СССР также не удалось вестернизировать до конца и сделать «приличным», «стопроцентно демократическим» – несмотря на все старания Берии, Андропова и прочих «просвещенных коммунистов». Руководство СССР все-таки не желало переступать границу между партийно-государственным полукапитализмом и капитализмом «классическим» – бизнескратическим и парламентско-партийным. Пришлось и СССР ломать – через перестройку, а сам процесс слома стал еще одной прививкой от демократии, которую сделали нации. И ведь классического капитализма с «нормальной» демократией все равно не возникло – не дала инерция спасительная советизма.

Либералы не любят и Российскую империю, и СССР – они являются для них ярким примером отторжения русскими западных ценностей. И это пора понять как правым, так и левым» патриотам. Понять и прекратить взаимную грызню – особенно по поводу истории. Левые ругают РИ, правые ругают СССР, не замечая, что тем самым только играют на руку либералам и прозападным силам. Пора заключить перемирие – для начала. Ну а дальше необходим синтез царизма и советизма в духе младороссов: «Царь и Советы!»

Уравнение-ловушка