Русский декамерон, или О событиях загадочных и невероятных

Надо сказать, что в отделе, где начальником был Мхитаров, все инженеры были армяне. Не всем это нравилось, например, начальнику предприятия — грузину Нижарадзе, да и самим работникам это было не по душе. Нет, не то, что все вокруг были армяне, а то, что они сами были этой национальности.

Дело в том, что родившиеся и выросшие в Тбилиси армяне (а их в те годы было более половины всего населения Тбилиси) считали себя грузинами, но фамилия-то выдавала их происхождение. Сколько я знал людей по фамилии Мхитаришвили, Тер-терашвили, Саркисашвили и других, фамилии которых имели армянский корень и грузинское окончание. Тот же Мхитаров — это Мхитарян, но переделанный под русского, а если переделывать под грузина — будет Мхитаришвили. Тертерян — от армянского слова «тертер» — «священник»; фамилия Тертераш-вили нереальна, как, например, «Рабинов». Рабин, раввин — это еврейский священник, русское окончание «ов» звучит с ним так же нелепо, как и грузинское «швили» с армянским священником — «тертером».

Надо сказать, что я активно включился в работу и даже сделал усовершенствование — новый механизм лентопротяжки к телетайпу, который разрабатывало предприятие.

Новый вариант лентопротяжки был тут же изготовлен, и телетайп пошел на госиспытания в модернизированном виде. А Мхитаров сделал мне доброе дело, выручил в серьезной ситуации.

Как-то мне понадобились латунные прутки определенного диаметра, но я нигде их не мог достать. А на работе такие были. Вынести что-нибудь из военной организации — уголовное дело. Но я решился — просунул себе в брюки и под пиджак два прутка, концы вставил под носки в туфли и пошел в конце рабочего дня на проходную. Шел, правда, не очень нормально — ноги-то не сгибались! И вот меня по дороге догоняет Мхитаров, дружески берет под руку и чувствует — под пиджаком пруток. Пощупал с другого бока — другой пруток.

— Ты что, в тюрьму захотел? — бледнея, спросил меня Мхитаров, но так как дело было уже в проходной и нас толкали сзади, взял меня залокоть и, подталкивая, провелчерез проходную. Его знали все вахтеры и отдали под козырек. Уже на улице Мхитаров серьезно предупредил меня, чтобы это было в последний раз, по крайней мере, в данной организации.

Кроме лентопротяжки я сделал еще несколько более мелких усовершенствований в конструкции телетайпа, за что мне положили оклад 100 рублей в месяц. Больше мне и не надо было, так как это было верхним пределом для стипендии.

Но после достижения своей цели — ста рублей в месяц, охота к работе прошла. И я стал делать другие изобретения, за которые Мхитаров меня бы не похвалил. Прежде всего я изобрел «мхи-тароскоп».

В бюро, где я сидел, было еще человек пятнадцать конструкторов среднего звена. Работать они не очень любили, но в картишки перекинуться на работе были не прочь. А женщины предпочитали вязать. Я же делал эскизы, не совсем относящиеся к телетайпу. Но хитрый Мхитаров обычно тихо крался по коридору, а затем стремглав врывался в дверь нашего бюро, ловя нерадивых сотрудников за посторонними занятиями. Выставить же дежурного за дверь мы не могли — нас тут же разоблачили бы. Но мое изобретение перехитрило хитрого армянина.

Вопрос: А что бы вы сами предложили, чтобы перехитрить Мхитарова?

Ответ: Под потолком бюро было маленькое вентиляционное отверстие, куда я вставил старое зеркало заднего вида от автомобиля, без металлической оправы, разумеется. Выделялся дежурный, который из комнаты снизу смотрел в зеркало, названное «мхитароскопом», и видел все, что происходило в коридоре.

Забавно было наблюдать, как Мхитаров на цыпочках крался вдоль коридора, а потом врывался в комнату, где все были заняты своими прямыми обязанностями. Дошло до того, что он вызвал меня к себе в кабинет и расспросил, что бы это такое могло значить. И я, не смущаясь, поведал ему, что предупредил сотрудников, которые занимались посторонними делами: дескать, я все расскажу Мхитарову, так как многим обязан ему и, кроме того, болею за свою организацию.

Мхитаров как-то недоверчиво посмотрел на меня, похлопал по плечу и сказал:

— Скоро у нас в бюро появится новый ведущий инженер!

— Благодарю за доверие, — отвечал я, скромно потупясь.

Наступил декабрь, скоро мне нужно было увольняться и ехать в Москву в аспирантуру. О чем я, естественно, не предупредил Мхитарова, поступая на работу. Мне было стыдно перед Мхитаровым, но я успокаивал себя тем, что кое-что все-таки сделал для предприятия. И для трудящихся — изобрел «мхитароскоп»!

Фокусы-покусы

Теперь я уже учился в аспирантуре и жил в другом общежитии под названием «Пожарка». Там у меня был старший товарищ — он мне в отцы по возрасту годился. Звали его Серафимом — дядей Симой, и он был большим любителем выпить. И мы с ним придумывали хитроумные способы изымания выпивки, или денег на нее, с населения. Решения были разные. Расскажу о трех из них, причем ответы на сей раз дам без вопросов. И так все будет ясно!