Русско-литовское пограничье. Гомельская земля в конце XV — первой половине XVI в.

Что касается названия центра Гомельской земли — Гомель, то в такой форме оно не известно источникам рассматриваемого периода[7]. В подавляющем большинстве случаев название города писалось как «Гомей», реже «Гомий»[8]. Тем не менее в данном исследовании будет использоваться более привычное для современного читателя наименование как самого города, так и производное от него обозначение территории (Гомельская земля, Гомельская волость и т. д.)[9]

.

Безусловно, история Гомельской земли конца XV — первой половины XVI в. не осталась без внимания исследователей.

Все участки гомельских границ в разное время являлись частью общей линии границы между Великими княжествами Литовским и Московским. Поэтому историки, чьи работы были посвящены изучению московско-литовского порубежья конца XV — первой половины XVI в., в той или иной степени касались и пределов Гомельской земли. Здесь уместно упомянуть исследования Я. Натансона-Леского и Н.Б. Шеламановой, осветивших, образно говоря, с противоположных сторон московско-литовскую границу и пограничные территории. Я. Натансон-Лески реконструировал «московскую» границу со стороны ВКЛ[10], Н.Б. Шеламанова посвятила свою диссертационную работу формированию западной части территории России в XVI в.[11]

Судя по комментариям исследовательницы, многие выводы польского коллеги соответствовали представлениям, выработанным на материале московской стороны, однако обнаружились и расхождения. Так, Н.Б. Шеламанова не согласилась с действительно ошибочным мнением Я. Натансона-Леского о том, что гомельская территория XVII в. не изменилась по сравнению с XVI в. В целом часть диссертации Н.Б. Шеламановой (к сожалению, в большей части неопубликованной), отражающая, в частности, территориальное устройство и границы Гомельской земли, до настоящего времени остается наиболее полным и глубоким исследованием по рассматриваемой проблематике.

В качестве составной части больших регионов Гомельская земля рассматривалась в работах М.К. Любавского (в Чернигово-Стародубском княжестве выделен округ города Гомеля)[12], С.М. Кучиньского и Е.В. Русиной (в составе Северской земли)[13]. М.К. Любавского отличала скрупулезная выборка всех упоминающихся в источниках населенных пунктов, относящихся к той или иной территориальной единице, хотя, как правило, без глубоко обоснованых попыток их локализации. С.М. Кучиньский дал подробное описание Гомельской и смежных с ней волостей. Е.В. Русина особое внимание обратила на политическую историю Северской земли, но отдельно ею был проанализирован уникальный комплекс документов первой четверти XVI в. («Реестры границ»), получивший общий заголовок «Память 1527 г.». Из всех реестров Е.В. Русина прокомментировала только те, что касались черниговских и любечских границ. К ним была составлена карта, на которой, правда, самих границ показано не было[14]

.

Территория и границы Гомельской волости второй половины XVI в. в рамках Речицкого повета ВКЛ отражены на картах М.Ф. Спиридонова[15]. Основа его исторических карт — результат длительного исследования, представляющего собой обработку огромного количества источников и выраженного в картотеке по исторической географии Беларуси[16]. Кроме того, отдельно необходимо упомянуть о небольшой работе М.Ф. Спиридонова, представляющей собой тезисы доклада одной из конференций[17]

. Тем не менее данная публикация важна тем, что она посвящена ценному источнику — «Реестру ревизии господарской Гомейской волости» 1560 г., содержащему уникальные сведения по исторической географии изучаемого региона.

Непосредственно история Гомеля и его окрестностей рассматривается в работах историко-краеведческого и научно-популярного характера Л.А. Виноградова[18] и О.А. Макушникова[19]. Работа второго автора, несмотря на свой научно-популярный характер, является серьезным исследованием, в котором нашлось место для глубокого анализа источников и точных локализаций населенных пунктов, относящихся к Гомелю. Недавно О.А. Макушников опубликовал фундаментальную научную работу, обобщающую его многолетние археологические исследования[20]. К сожалению, хронологические рамки монографии далеко отстоят от интересующего нас периода, однако наблюдение за практически идентичным регионом исследования позволяет где-то подтвердить, где-то конкретизировать, а кое-где и опровергнуть выводы, полученные по письменным материалам позднего Средневековья и начала Нового времени.

Не претендуют на строгую научную основу, но тем не менее обладают большой информативной ценностью работы филолога А.Ф. Рогалева о географических названиях Гомельщины[21]. Исследователь в течение многих лет собирал сведения о местных названиях урочищ, лесов, болот и т. д., данные об археологических памятниках, легенды о возникновении населенных пунктов, которые стали основанием для формирования собственного мнения об истории заселения и развитии структуры поселений в окрестностях Гомеля.