Русско-шведская война. 1610–1617

После этой внезапной атаки Эверт Горн пришел к выводу, что ситуация прояснилась, потому что русские «заболели Орешской болезнью», пока не «раздулись, как огромные стволы деревьев». Горн, истративший на эту осаду свои, взятые под слово, 20 000 риксдалеров, был полон негодования: ему надоела затянувшаяся борьба. Он подсчитал, что крепость сдастся не более чем через месяц. Однако оказалось, что русские из Ивангорода, в отличие от русских из Кексгольма и Орешка, сопротивлялись дольше. В конце концов ужасный голод, который осажденные утоляли лошадиной кожей и кониной, вынудил их сдаться. Драма, разыгравшаяся у крепости, завершилась лишь 3 декабря 1612 г[268].

В письме, отправленном Делагарди в тот же день, Горн пообещал, что «однажды мы вытащим их оттуда, потому что их голод ужасен; однако я имею в виду и то, что, поскольку мы завоевали эту страну силой или с помощью небольшой армии, то и надо будет привлечь их на свою сторону добрыми делами и соответствующим образом, особенно заставив москвичей и всю страну понять, что мы не хотим вести их нацию к разрушению и покорности, а хотим лишь объединить их». В соответствии с этим тезисом, который наиболее соответствовал политике, проводимой Делагарди, Горн согласился на капитуляцию Ивангорода на тех же условиях, на которых капитулировал Новгород. Он разместил в крепости гарнизон из трех финских и двух немецких рот и добавил 100 русских воинов. 20 декабря в Выборге был дан орудийный салют, а это означало, что весть о взятии Ивангорода дошла и до Финляндии[269].

Кампания 1612 г. завершилась падением Копорья, Яма, Ивангорода и Гдова. Псков продолжал сопротивление. Делагарди – верный своим принципам и в связи со снятием осады Пскова – предложил Горну заключить с городом перемирие. Горн, однако, решил, что это плохое предложение, поскольку, по его мнению, выиграет только Псков: город будет использовать это время для подвода подкреплений, которые помогут ему продолжить сопротивление. Поскольку Лисовский продолжал блокировать поставки припасов в город, присутствие шведской армии на этом месте означало, что на город оказывалось двойное давление, которое не следует ослаблять. В конечном итоге мнение Горна возобладало. После капитуляции Ивангорода в Пскове возросла тревога, в связи с чем его власти начали переговоры со шведами и Новгородом. Их целью, вероятно, было выиграть время и предотвратить новые атаки шведов.

В действительности опасность, грозившая городу со стороны шведов, была невелика. Состояние войск Горна к концу 1612 г. – главным образом из-за напряжения и свирепствующих болезней – было настолько плохим, что о продолжении военных действий пока не могло быть и речи. Эскадроны Маттса Якобссона и Линдведа Классона, которые во время осады Ивангорода возили сено из районов удаленных на 80—100 км, пришлось немедленно отправить обратно в Финляндию, чтобы они могли прийти в себя и отдохнуть. У Горна оставалось 4 эскадрона в Нарве и Ивангороде и 2 под Псковом. Пехоты было мало, так как в Ивангороде были оставлены финская и 2 немецкие роты. После прибытия двух новых немецких рот под командованием Асмуса Глазенапа и Франса Петцнера Горн мог рассчитывать только на четыре иностранных роты. Делагарди не мог отказаться от и без того немногочисленных войск, имевшихся под его командованием в Новгороде. Он также надолго перестал рассчитывать на полк Коброна в Финляндии. Отсутствие боеспособных солдат помешало шведам приступить к осаде Пскова.

Теперь на северо-западе России воцарился относительный мир. Единственным поводом для беспокойства были бродящие тут и там польские отряды. В начале 1613 г. поляки стали совершать все новые и новые грабежи, поэтому Делагарди пришлось послать в Порхов отряд. Он также поручил Горну послать туда его корнет. Горн согласился на это, потому что корнет тогда стоял под Псковом. Он также пообещал послать «нарвскую конницу» (вероятно, он имел в виду эскадрон Улофа Якобссона) и отряд стрельцов из Яма. Однако вскоре выяснилось, что требуется задействовать более крупные силы. Горн получил приказ очистить от польских отрядов районы южнее и юго-западнее озера Ильмень. Учитывая направление, в котором должны были двигаться его войска, ему пришла в голову идея внезапного нападения на Псков. После того, как его войска соединились у Пскова с отрядом Мора, Горн мог рассчитывать на 4 финских эскадрона, минимум 3 иностранных роты и отряд казаков. Всего в его распоряжении было около 800—1000 человек.

Неизвестно, когда именно Горн достиг районов южнее Ильменя. 17 марта он находился в деревне Сольца. Ему не удалось перехватить мародерствовавший в этих районах польский отряд, и поэтому он решил повести свои войска на Старую Руссу. Ранее, возможно 1 марта, одна из групп, посланных Делагарди, в составе его корнета и двух финских эскадронов под командованием Стрюйка и Кристерссона, одержала победу над одним из таких польских отрядов. Поляки потеряли 3 знамени и 800 убитыми[270].