В Японии сразу после войны были проведены социально-экономические и политические преобразования, приблизившие структуру страны к установившимся стандартам западных буржуазных демократий. Широко развернулась деятельность, связанная с ликвидацией последствий войны, восстановлением и реконструкцией экономики страны с учетом требований конкуренции на мировом рынке. Американская агрессия в Корее сделала как бы инъекцию в экономику Японии, обеспечив быстрый приток военных заказов, обильное финансирование наиболее важных промышленных предприятий. Это произошло в период до середины 50-х годов. После того как были в основном ликвидированы последствия второй мировой войны, на базе происходящей в мире научно-технической революции Япония вступила в сравнительно длительную фазу высоких темпов экономического роста.
Агрессивная война, которую длительное время вел американский империализм сперва в Корее, а затем во Вьетнаме, создала возможность для поставки японских товаров и военного снаряжения по американским специальным заказам в Южную Корею, Южный Вьетнам, на Филиппины, Тайвань, в Таиланд, Гонконг и другие примыкающие к этой зоне страны. Обильные поступления иностранной валюты активизировали в 60-е годы японскую экономику.
Взаимодействие промышленности, банков и правительства, носящее характер союза между ними, при ведущей роли банков, попытки долгосрочного программирования развития экономики сыграли решающую роль в обеспечении темпов ее роста. Именно здесь произошло соединение, о котором говорил Ленин, «гигантской силы капитализма с гигантской силой государства в один механизм»[18]. Среднегодовое реальное увеличение валового национального продукта Японии за 1961—1969 годы составило 11,1 %. Это в два с лишним раза больше, чем у основных конкурентов Японии на мировом рынке — США, ФРГ, Англии, Франции и Италии.
Особенно показательно то, что при общем увеличении валового национального продукта в 1969 году против уровня 1955 года в 3,9 раза объем производства в обрабатывающей промышленности вырос в 7,2 раза, а в машиностроении — в 16,4 раза. Самый высокий темп роста промышленного производства за тот же период показывало машиностроение — более 22 % ежегодно. Для достижения далеко идущих целей была приспособлена финансовая структура. По словам профессора экономики Таикити Ита, финансовая система Японии была создана промышленной властью и правительством с целью поглотить все средства экономики и предоставить их в распоряжение крупных промышленных фирм. Другие экономисты называют руководство развитием промышленности в Японии как самую хитроумную систему руководства из всех, какие применялись в капиталистическом мире.
На арене мирового рынка появился конкурент, который решительно, довольно бесцеремонно и энергично работает локтями, чтобы занять место, которое, казалось, прочно занимали Англия, ФРГ, Франция, Италия и даже сами Соединенные Штаты. Совершенно очевиден японский натиск на внешний рынок. Натиск организован таким образом, что он приобрел огромную силу. Торговая стратегия и тактика Японии столь же своеобразна, сколь и сокрушительна для конкурентов. Ее многочисленные, хорошо подготовленные выступления на мировом рынке со своими товарами подобны ударам, которые японцы нанесли когда-то по американской военно-морской базе Пирл-Харбор на Гавайских островах. Кто не помнит эту беспощадную, отлично организованную атаку, когда по условной команде «тора, тора, тора» (то есть: «тигр, тигр, тигр») на американские корабли обрушилась лавина японских авиационных бомб. Взаимодействию японского правительства и делового мира Японии позавидует любое капиталистическое государство. Премьер Эйсаку Сато, будучи главой высшего торгового совета, лично руководил экспортным наступлением, разрабатывая без лишнего шума цели и планы действий по принципу «товар — страна», то есть «привязывал» каждый вид продукции к соответствующей стране. Высший торговый совет, состоящий из 30 членов, укомплектован не только представителями основных министерств, но и крупных частных предприятий. Этот совет, кроме ряда других функций, планирует темп развития главных направлений внешней торговли.
Вскрытые еще В. И. Лениным закономерности развития государственно-монополистического капитализма, процесс сращивания капиталистических монополий с государственным аппаратом, пожалуй, нигде так ярко не выражены, как в современной Японии.
Как определяют американцы, сотрудничество между министерствами и крупными торговыми фирмами в Японии настолько тесно, что невозможно разобрать, кто из них в действительности влияет друг на друга. Торговые фирмы могут действовать широко и гибко, потому что они вплелись во все звенья государственного аппарата Японии, который поддерживает эти компании. Некоторые видные политические деятели других капиталистических стран утверждают: «Мы убеждаемся в том, что японцы добиваются с помощью торговли результатов, которых им не удалось добиться путем войны».