Сад моего сердца. Письма императрицы Александры Федоровны Романовой

Царское Село, 21 мая 1916 г.

Погода стала лучше, теплее, но почти нет солнца. Милый ангел, мне хотелось бы прижать тебя к моему сердцу и шепнуть тебе слова бесконечной любви и нежности. Голубчик мой, покрываю твое дорогое лицо, глаза и губы горячими поцелуями. Бог да благословит и охранит тебя. Спасибо, моя душка, за вату. Прости это скучное письмо. Навсегда вся твоя.

Царское Село, 12 июня 1916 г.

Мой любимый,

Опять мы прощаемся, но, слава Богу, ненадолго. Но все же я ненавижу расставаться с тобой и с моим солнечным лучом. Так одиноко без тебя, и мне так грустно. Я ведь знаю про твои тяжелые работы и скучную жизнь. Спасибо, мой ангел, за то, что ты позволил нам побыть с тобой и вызвал нас. Это было радостью и дает нам силу на будущее время. Мы насладились нашим праздником и теперь возвращаемся к своей работе. Мы приедем в Царское завтра вечером в восемь.

Прощай, мое солнышко, моя любовь. Я боюсь, что наше посещение было для тебя слишком большой суетой, так как много приходилось разъезжать, и все же остается твоя обязательная работа. Я буду вспоминать каждую ласку с нежной тоской. Бог да благословит и защитит тебя, даст тебе силу, мужество и успех. Покрываю тебя бесконечными горячими поцелуями.

Навсегда твоя собственная.

Царская ставка, 12 июля 1916 г.

Мой любимый ангел,

Увы, день отъезда опять настал, но я благодарю Бога за эту счастливую, спокойную неделю. Теперь я могу вернуться с новой силой к моей работе и жить сладким воспоминанием о твоей нежной любви. Очень тяжело оставлять тебя одного с твоей тяжелой ответственностью и самой утомительной работой. Так хотелось бы быть тебе полезной. Мне хотелось бы защитить тебя от излишних волнений и неприятностей. Но часто мне самой приходится приносить тебе скучные бумаги. Делать нечего, любимый мой. Упорно вперед, твердо, шаг за шагом и не борясь с тем, чтобы потом опять возвращаться обратно. Это гораздо хуже. Милый мой, сердцем и душой остаюсь с тобой и люблю тебя страстно. Бог да благословит тебя и дорогого Беби много раз. Вы мне оба будете страшно недоставать. Увы, вы сами опять почувствуете ваше одиночество. Покрываю тебя горячими нежными поцелуями, солнце жизни моей, и остаюсь твоей родной старой женой. Спите хорошо. Обоих вас крепко держу в своих объятиях.

Царская ставка, поезд, 3 августа 1916 г.

Мой дорогой голубчик,

Страшно тяжело опять оставлять вас обоих, мои сокровища, хотя мы были вместе две недели. Для любящих сердец это всегда мало, а главное, в такое время, когда у тебя такая страшная ноша на твоих бедных, дорогих плечах, если бы я только могла больше тебе помочь. Я так усердно молюсь, чтобы Бог дал мне мудрость и разумение, чтобы быть тебе настоящей помощницей во всех отношениях и чтобы всегда правильно советовать тебе. Ах, мой ангел, Бог пошлет нам лучшие дни, удачи и успеха нашим храбрым войскам. Да простит он вождей, чтобы они могли правильно и мудро их вести. Теперь у тебя будут министры. Поговори с ними энергично.

Что я стану делать без твоих ласк и прекрасной любви? Еще и еще раз благодарю тебя за всё и за этот праздник. Я буду жить сладкими воспоминаниями. Будь здоров. Господь да благословит тебя. Покрываю тебя бесконечными горячими поцелуями и крепко держу в своих объятиях. Навсегда, моя душка, твоя родная.

Царское Село, 4 сентября 1916 г.

Ах, я так же тоскую по тебе страшно. Скоро-скоро, даст Бог, мы опять проведем вместе несколько счастливых часов. Держи Бебечку в руках, смотри, чтобы он не играл за столом, пожалуйста. И не махал бы рукой на стол, и не давай ему бросаться хлебными шариками. Уже пять месяцев, что вы отсутствуете. Ах, когда же ты будешь иметь возможность уехать из этого старого места и опять что-нибудь увидеть другое. Прощай, мой милый, солнце моей жизни. Нежно тебя целую. Бог да благословит и защитит тебя. Твоя старая родная женка.

Царское Село, 25 сентября 1916 г.

Мой родной голубчик,

С тяжелым сердцем я опять тебя покидаю. Как я ненавижу эти прощания. Они разрывают меня на части. Слава Богу, что у Беби нос в порядке, хотя это утешение. Любовь моя, я люблю тебя выше всяких слов. За истекшие 22 года упорно нарастало это чувство, и мне просто страдать не уезжать. Ты так одинок в этой толпе, так мало теплоты кругом. Как я хотела бы, чтобы ты мог приехать хотя бы только на два дня, только для того, чтобы получить благословение нашего Друга. Это бы дало тебе новые силы. Я знаю, что ты храбр и терпелив, но ты человек, и его прикосновение к твоей груди утешило бы твою боль и дало бы тебе новую мудрость и энергию свыше.