Сказанное по-новому заставляет нас понимать мысль Достоевского о том, что красота спасет мир. Если каждый из нас спасет свою душу при помощи высоких идеалов, то тем самым могут спастись и многие. Для этого оказывается важным питать свою душу высоким искусством, которое поднимает человека к вечным общечеловеческим ценностям. Можно вести растительный образ жизни, читать незамысловатую бульварную литературу и желтую прессу, смотреть боевики и слушать примитивную музыку. Но в час испытаний такой человек окажется беззащитным перед ударами судьбы. И только искусство высоких и тонких энергий, которые содержатся в произведениях великих классиков – Шекспира и Толстого, Бетховена и Чайковского, Рембрандта и Дали может помочь человеку выстоять в сложной жизненной ситуации. Настоящая драма обитателей больших городов заключается в том, что в Больших Городах, по образному выражению известного московского издателя Владимира Лизинского, пасутся огромные стада внутренних эмигрантов. Это те, которые не пользуются ничем из того, что составляет их гордость – театры, дворцы, галереи, библиотеки, им чуждо преклонение перед талантом. Не имея в своем жизненном багаже опоры на духовные силы прошлых поколений, они оказываются беззащитными перед сложностями жизни в Большом Городе.
Среди описанного Петрушиным реестра «терапий» особо выделяется «терапия творчеством и обретением смысла жизни». Но если с творчеством как-то все более или менее понятно (смотри хотя бы эпиграф к данному разделу), то слова ОБРЕТЕНИЕ СМЫСЛА ЖИЗНИ требуют многих пояснений. Вот что пишет об этом Петрушин:
«Ключевая роль в защите от стрессов и сопутствующих им неврозов играет осознание смысла своей жизни, своих жизненных целей и соотнесение с ними конкретных жизненных ситуаций. Человек, сделавший главный, смысловой жизненный выбор, в значительной мере предрешил все свои дальнейшие решения и тем самым избавил себя от колебаний и страхов. Его жизнь становится свободнее и проще. Попадая в трудную жизненную ситуацию, он соотносит ее значение с главными жизненными ценностями и своевременность подобного взвешивания нормализует его состояние. В этом случае критическая ситуация рассматривается не в сравнении с другими событиями, а оценивается на фоне общей перспективы всей жизни и общечеловеческих ценностей».
В подтверждение своих слов Петрушин приводит и мнение Ганса Селье, который писал:
«Чтобы придать смысл нашей жизни, мы должны поставить перед собой сложную и своевременную задачу. Нам следует стремиться к цели, достижение которой требует напряженной работы. Отсутствие же таковой цели – один из самых сильных стрессов, вызывающих язву желудка, инфаркт, гипертонию или просто обрекающих человека на безрадостное прозябание».
Идеологию «смысла жизни» породил и неустанно делами и пером пропагандировал философ Виктор Франкл. Смысл своего существования он нашел, как сам говорил, в том, чтобы ПОМОГАТЬ ДРУГИМ ЛЮДЯМ увидеть СМЫСЛ СВОЕЙ ЖИЗНИ. Вот очень краткая летопись его жизни, нравственных подвигов и основ разработанной им оригинальной философии.