Саладин. Всемогущий султан и победитель крестоносцев

Мы не знаем, какие из этих церемоний соблюдал Саладин. Но как бы ни были просты нравы при его дворе, ни один суверен Востока не мог пренебрегать ими, поскольку такие церемонии производили глубокое впечатление на народ. Саладин, несмотря на то что одевался очень просто и носил льняную или шерстяную одежду, несомненно, поддерживал статус мусульманского султана и соблюдал все церемониальные правила приема иностранных посольств. Именно благодаря одному из таких мероприятий он встретил Баха ад-Дина, ставшего позднее его секретарем и биографом. Баха ад-Дин был в Мосуле, когда Саладин вторгся в Месопотамию, и атабек дал ему поручение отправиться к халифу Багдада с просьбой об оказании срочной помощи. Когда Саладин обосновался в Дамаске, Баха ад-Дин был опять послан с дипломатической миссией. Он получил полномочия от своего суверена, атабека Мосула, при одобрении халифа, обговорить условия мирного договора с Саладином. Баха ад-Дин прибыл в Дамаск 25 февраля 1184 г. в сопровождении Бадр ад-Дина, «шейха шейхов», и был принят султаном с крайним радушием. Хотя и не сумев прийти к соглашению с Саладином, он произвел на последнего самое благоприятное впечатление, и тот предложил ему должность на своей службе. Баха ад-Дин, посол правителя и соперника султана, не мог принять подобной чести, и его миссия отбыла в Мосул 22 марта.

Последовали другие посольства: племянника атабека Синджар-шаха из Джазиры и правителя Эрбиля, которые выказали дань уважения султану в качестве его вассалов. Эмир Мосула отверг подобное отступничество и вознамерился наказать правителя Эрбиля, чье обращение к Саладину позволило тому вновь выдвинуть свои территориальные претензии. Как обычно, он переправился через Евфрат у Биры, и 15 апреля 1185 г. к нему присоединился Кукбури. Он был уже у Рас-аль-Айна, когда его настигла весть о том, что против него сложилась коалиция восточных правителей для защиты атабека Мосула. Не обращая внимания на их угрозы, Саладин совершил переход к Дунейсиру, лежавшему у подножия горы Мардин. Там его армия пополнилась новыми воинами, и в июне 1185 г. он подошел к Мосулу. Напрасно атабек посылал свою мать и других знатных дам униженно просить о мире. Они были приняты со всем почтением, но ничего им обещано не было: Саладин был непреклонен.

Приготовившись к самому худшему, мосульцы отчаянно защищались, и осада окончилась ничем, как это и бывало прежде. Осложнение обстановки в Армении послужило предлогом для отвода потрепанной армии в Диярбакыр, где, как объясняли, климат был более прохладным. Саладин занял в конце августа Маяфарикин, а потом возобновил осаду Мосула. Но палящую летнюю жару сменил сезон дождей, и ни командиры, ни воины не могли больше переносить нездоровый климат. Саладин серьезно заболел и был вынужден переехать в Харран, там дышалось легче. С трудом удерживаясь в седле, едва живой, он прибыл в крепость своего соратника Кукбури. Брат Саладина аль-Адиль поспешил к нему из Алеппо с придворными врачами, однако, несмотря на лечение, Саладин долгое время находился между жизнью и смертью. Однажды пополз слух, что ему настал конец, и многие его родственники уже начали взвешивать шансы на наследование. Саладин уже расстался с надеждой выздороветь и, призвав своих полководцев, заставил принять их присягу на верность своим сыновьям.

Наконец он начал очень медленно поправляться и в конце февраля 1186 г. уже был в силах принять посольство из Мосула, возглавляемое Бахой ад-Дином, который приехал вести переговоры о мире. Чувствуя себя слишком слабым, чтобы думать о продолжении кампании, и, возможно, смягчившись под воздействием страданий и угрозы смерти, Саладин согласился на заключение договора (3 марта), согласно которому ему отходила вся область вокруг Шахрзура за рекой Малый Заб, но атабек Изз ад-Дин продолжал владеть землями, которыми правил прежде, между великими реками. Он становился подданным султана, признавая его власть в молитвах и его право чеканить монету. Этим договором вся Северная Месопотамия и часть Курдистана присоединялись к империи Саладина, а атабек Мосула устроил смотр своим вассалам.