Самоубийства: психология, психопатология, терапия

С точки зрения М. Кляйн, Эдипальный комплекс формируется уже в начальном периоде жизни во время параноидно-шизоидной ориентации. Р. Белл (R. Bell, 1992) формулирует это следующим образом: «Примитивный Эдипальный конфликт, описанный М. Кляйн, имеет место в параноидно-шизоидной позиции, когда мир младенца широко расщеплен и отношения имеют место главным образом с частью объектов. Это значит, что любой объект, который угрожает исключительному обладанию идеализированной грудью/матерью, воспринимается как преследователь, и на него проецируются все враждебные чувства, исходящие из прегенитальных импульсов».

Согласно концепции современного психоанализа, агрессия в адрес собственного тела обусловлена плохой имплицитной (внутренней) ментализацией, то есть невозможностью фокусироваться, распознавать и анализировать свои психические состояния [114]. Невозможность или недостаточная способность ментализировать приводит к тому, что мысли, убеждения, желания не имеют достаточного психического компонента и в них значительно преобладает физическое начало. Агрессия имеет биологические корни, но может возникать как ответ на восприятие угрозы психологическому сэлфу [238].

Модель П. Фонаги (P. Fonagy) о связи насилия в детстве с агрессией включает следующие положения:

Психологический сэлф ребенка остается хрупким в связи с тем, что способность к ментализации, которая является частью сэлфа, подвергается опасности. Понимание психологической основы поведения в решающей степени зависит от развитости способности осознавать психический мир переживаний окружающих людей и, в первую очередь, тех, кто является фигурами аттачмента. Первостепенное значение имеет способность матери показать ребенку, что она воспринимает его (думает о нем) как об индивидууме, намерения и поведение которого направляется мыслями, чувствами, ожиданиями и желаниями. Этот процесс нарушается при появлении у матери в отношении ребенка часто возникающих отрицательных мыслей.

Далее, агрессия возникает для защиты хрупкого сэлфа от объекта, воспринимаемого как враждебный.

В случаях, когда сэлф-экспрессия и агрессия ассоциируются друг с другом регулярно, возникает их патологическое слияние, сэлф-экспрессия (поведение) и агрессия становятся изоморфными (равнозначными).

Редуцированная способность к ментализации снижает ингибицию (подавление) агрессии, поскольку ее потенциальная жертва воспринимается лишенной мыслей, чувств и способности переживать страдания.

В. Штекель (W. Stekel, 1967), анализируя реакцию ребенка, испытывающего отрицательные чувства к родителям, полагает, что при этом у него возникает желание лишить их наибольшей драгоценности, которой они обладают, а именно – его собственной жизни. Ребенок на бессознательном уровне чувствует, что, если его не станет, это причинит родителям величайшую боль, что послужит наказанием не только для него, но и для них. По мнению автора, в этом психологическом механизме заложены корни суицидальных идеаций и мотиваций.

В работе «Печаль и меланхолия» [26] З. Фрейд анализирует суицид с позиций инстинкта жизни и инстинкта смерти, указывая, что в некоторых случаях смерть бывает желанной. При этом человек убивает в себе интроецированный объект любви, к которому испытывает противоположные (амбивалентные) чувства.

З. Фрейд наблюдал, что при меланхолии, вызванной потерей или разочарованием человеком, по отношению к которому существовали сильные амбивалентные чувства, ненависть, первично на него направленная, может быть переадресована к части своего сэлфа (вторичная мишень ненависти), которая идентифицируется с другим человеком первичной мишенью ненависти). Вместо того, чтобы «отпустить» объект первичной ненависти, происходит ее репрессия (бессознательное вытеснение из сознания) с идентификацией себя с внешним объектом ненависти и направленными на него садистическими фантазиями [121]. По этому поводу З. Фрейд писал: «Исключительно этот садизм раскрывает загадку тенденции к суициду, которая делает меланхолию столь интересной и опасной <…> Анализ меланхолии показывает, что Эго может убить себя только тогда, когда оно относится к себе как к объекту, если оно способно направить против себя враждебность, которая репрезентирует первичную реакцию на объекты во внешнем мире» [125].

Решение совершить суицид рождается из чувства отчаяния и безнадежности. Индивидуум погружается в пре-суицидальное состояние, когда происходит преодоление нормального инстинкта самосохранения и тело становится «разменной монетой». В каких-то случаях отвержение пациентами своего тела происходит незаметно, без внешних признаков или проявляется косвенными признаками, но когда это происходит, суицидальная попытка может быть совершена в любой момент.