Сатиры

Пансионеры дремлют у стены(Их место – только злость и зависть прочим).Стена – спасенье гимназической спины:Приткнулся, и часы уже короче.Но остальным, увы, как тяжело:Переминаются, вздыхают, как тюлени,И чтоб немножко тело отошло,Становятся громоздко на колени.Инспектор в центре. Левый глаз устал —

Косится правым. Некогда молиться!Заметить надо тех, кто слишком вял,И тех, кто не успел еще явиться.На цыпочках к нему спешит с мольбойВзволнованный малыш-приготовишка(Ужели Смайлс не властен над тобой?!):«Позвольте выйти!» Бедная мартышка…Лишь за порог – все громче и скорейДо коридора добежал вприпрыжку.

И злится надзиратель у дверей,Его фамилию записывая в книжку.На правом клиросе серебряный тенорСолирует, как звонкий вешний ветер.Альты за нотами, чтоб не увидел хор,Поспешно пожирают «Gala Peter».Но гимназистки молятся до слезПод желчным оком красной классной дамы,Изящные, как купы белых роз,

Несложные и нежные, как гаммы.Порой лишь быстрый и лукавый глазПеремигнется с миловидным басом:И рявкнет яростней воспламененный бас,Условленный томим до боли часом.Директор – бритый, дряхленький кащей —На левом клиросе увлекся разговором.В косые нити солнечных лучейВплыл сизый дым и плавился над хором.

Усталость дует ласково в глаза.Хор все торопится – скорей, скорей, скорее…Кружатся стены, пол и образа,И грузные слоны сидят на шее.

1910

Первая любовь

Куприну