Читаем Секрет нашего успеха. Как культура движет эволюцией человека, одомашнивает наш вид и делает нас умнее полностью

Социальное обучение, а в дальнейшем культурное, усиливает эффекты постоянных пар и уз родства. Механизм примерно таков. В ходе социального обучения детеныш наблюдает, как его мать реагирует на разных других особей и ведет себя с ними. Потомок копирует действия матери, а возможно, и ее чувства к этим особям. Если мать заботится о новорожденном и кормит его, старшая сестра может подражать матери и тоже заботиться о новорожденном и кормить его. Если мать ласково встречает отца и занимается с ним грумингом, обучающийся детеныш тоже начинает лучше относиться к этому самцу. В любом случае дочери копируют, как мать “проводит время с отцом”, а значит, знакомятся и общаются со своими братьями. Между тем самец, опознав отца через мать, копирует склонность отца общаться со своими братьями и остальным потомством и таким образом хорошо распознает дядьев и братьев, родных и единокровных. При достаточно развитом культурном обучении молодой самец копирует и чувства отца к окружающим, что позволяет ему наладить контакт и с членами отцовского альянса. Если отец опекает и защищает маму и сестер юного самца, детеныш может копировать и эти действия и отношения[459]. Это отражено стрелкой M на илл. 16.1b. Разумеется, как мы знаем из главы 4, когда естественный отбор начинает улучшать и оттачивать культурное обучение, обучающиеся постоянно обновляют свои культурные представления, предпочтения и стратегии, ориентируясь на тех, кто добился больших успехов и обладает престижем.

Если расширить круг признанных родственников, ученики получат больше возможностей для социального обучения (стрелка T). Это происходит потому, что привязанность и даже просто социальная толерантность, которым способствуют отношения с признанными родственниками, позволяют обучающимся спокойно находиться в обществе старших и более осведомленных особей и наблюдать, что они делают. Одновременно у старших особей появляется стимул передавать молодняку свои знания, то есть учить и применять коммуникативные подсказки для культурной передачи (см. главу 13). Расширение возможностей для социального обучения способствует усиленному естественному отбору на способности к социальному обучению, а это, в свою очередь, генерирует более полезные и легкоусвояемые знания.

<p>Помощь матерям и разделение информации</p>

Сочетание постоянных пар и опоры на социальное обучение создает расширенный родственный круг с более прочными отношениями и способствует аллопарентальной заботе о потомстве. Аллопарентальная забота — это помощь в уходе за потомством со стороны других особей, помимо матери. У других видов (не у людей) аллопарентальную заботу осуществляют родственники, у которых есть стимулы помогать, основанные на родстве, и неродственники, которым в случае отказа что-то угрожает или у которых нет лучшего способа выжить. У охотников-собирателей в число аллопарентальных помощников входит отец (или отцы, см. главу 9) ребенка, сестры, братья, тети и бабушки и дедушки с обеих сторон, а также подруги матери. Подробные исследования аллопарентальной заботы в восьми малых сообществах показывают, что матери осуществляют лишь примерно половину непосредственного ухода за ребенком. Из оставшихся 50 % около половины берут на себя сиблинги и бабушки и дедушки, а последнюю четверть — отцы, тети и все остальные. У других человекообразных обезьян матери, напротив, выполняют почти 100 % непосредственных обязанностей по уходу за детенышем. У некоторых охотников-собирателей, хотя не у всех, тети, бабушки и другие женщины даже обеспечивают от 10 до 25 % грудного вскармливания[460].

Создание пар означает, что многие родственники, которые прежде едва ли осознавали собственное родство, теперь могут опознавать друг друга и строить отношения. Социальное обучение синергетически означает, что всякий, кто копирует мать, например ее дочери или младшие сестры, будет заботиться о новорожденном так же, как мать. Для отцов знание родственных связей означает также, что у них появляется причина защищать мать и ее потомство. Сыновья, которым нужно научиться быть преуспевающими самцами, будут подражать отцам, а впоследствии и другим самцам и научатся защищать членов семьи и заботиться о них адаптивными способами. Все это в совокупности составляет цепочку N — Q на илл. 16.1b.

Кроме того, усиление социального обучения означает, что молодые родители и их помощники быстро осваивают ноу-хау предыдущих поколений и учатся находить и добывать ценные источники пищи — мясо, насекомых, орехи, воду, мед и корнеплоды (что подкрепляет стрелку Q), чтобы обеспечивать дополнительную энергию, необходимую для долгого детства детеныша.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже