Секреты прессы при Гобачеве и Ельцине

— Не могу. Мы работаем на все категории населения. Правда, в основном мы делаем политические программы, а если человек абсолютно не интересуется политикой, он вряд ли будет нашим регулярным слушателем. Но таких людей, насколько я знаю, сейчас в Советском Союзе все меньше.

— И все-таки у вас не только голая политика. Много специальных программ по вопросам культуры. Несколько регулярных передач, в которых рассматривается национальный вопрос…

— Когда началась перестройка и гласность, мы забеспокоились. Нам казалось, что советские средства массовой информации наступают нам на пятки.

Но сейчас мы успокоились: наиболее болезненные проблемы советские газеты и журналы, и уж тем более телевидение и радио, не поднимают. К ним относят я и межнациональные, и просто национальные проблемы. Что-то пытается в этом направлении делать еженедельник „Союз“, но у него маленький тираж. Центральное телевидение в своих передачах сообщает о событиях в республиках откровенную ложь. Мы же стараемся максимально полно освещать эти события.

Что касается культуры, то мне пришлось в свое время буквально сражаться со многими сотрудниками русской службы, недооценивавшими значение этой тематики. В наших программах по культуре политика существует органично, вне примитивно, плоско понимаемой злобы дня. Это нравится слушателям. И я, например, знаю, что у ежедневной программы „Поверх барьеров“ — большая аудитория, и не только в интеллигентской среде.

— У радиостанции „Свобода“ есть еще одно достоинство: она позволяет взглянуть на наши события со стороны. Такой взгляд со стороны, не замутненный личными или групповыми пристрастиями, очень полезен… Но вот в последнее время вы стали все шире привлекать к сотрудничеству авторов из Советского Союза. Некоторые программы — как, например, „В стране и мире“, „Аспекты“ — полностью состоят из сообщений, переданных по телефону разного рода советскими корреспондентами. Конечно, это делает вещание более оперативным. Но нет ли опасности потери того достоинства, о котором я только что сказал? Не боитесь ли вы превратиться в рупор каких-то определенных общественных сил в Союзе?

— Такая опасность существует. Необходимо соблюдать пропорции. Но без помощи десятков наших корреспондентов и авторов из разных концов Советского Союза нам сегодня просто не обойтись. Как правило, мы даем им задание, просим подготовить сообщение на ту или иную тему. Некоторые не оправдали наших надежд, мы перестали с ними сотрудничать, но другие проявили себя как блестящие репортеры. Они участвуют в наших передачах изо дня в день.

— Вы им платите?

— Но вы же в журнале платите гонорар своим авторам. Что ж тут такого?

— Едва ли не каждый час радиостанция „Свобода“ напоминает слушателям, что финансируется конгрессом Соединенных Штатов Америки. Насколько я знаю из нашей прессы, в конгрессе, да и в американских средствах информации время от времени всплывает вопрос: а нужна ли в наши дни радиостанция, рассказывающая русским о них самих, если в стране устанавливается свобода слова, возникли новые газеты, журналы, новые радиостанции, наконец. Содержать радиостанцию с круглосуточным вещанием на русском языке (а ведь еще есть вещание и на других языках СССР) — достаточно дорогое удовольствие для американских налогоплательщиков. Вы не боитесь, что вас закроют?

— Такой вопрос мне задают часто. И каждый раз я отвечаю: нет, не боимся.