Сексуальные преступления как объект криминологии

Четкое правовое определение порнографии содержится в § 204 главы 19 «Преступления сексуального характера» уголовного законодательства Норвегии: «Под порнографией в настоящем параграфе имеются в виду сексуальные изображения, которые действуют вызывающе или иным способом умаляют ценность человека, разлагают или унижают; сексуальные изображения включают те, в которых используются дети, трупы, животные, насилие и принуждение. Под детской порнографией подразумеваются движущиеся и статичные сексуальные изображения с использованием детей, тех, кто считается детьми, или тех, кого представляют как детей. Порнографией не считаются сексуальные изображения, которые должны рассматриваться как дозволительные с художественной, научной, информационной или подобной точки зрения».[595]

Швейцарское уголовное законодательство определяет порнографию как «издания, звукозаписи, фотографические снимки, изображения, другие предметы подобного вида или представления, которые по своему содержанию включают в себя сексуальные действия с детьми или с животными, с человеческими экскрементами или насильственную деятельность» (ст. 197 пятого раздела «Преступные деяния против половой неприкосновенности» УК Швейцарии).[596]

Проведя сравнительно-правовой анализ, можно выделить несколько общих критериев криминального характера порнографических изображений. Во-первых, это сексуальные действия с участием детей или демонстрация детям. Во-вторых, криминальной является демонстрация сексуальных действий при помощи принуждения или насилия. На наш взгляд, выделенные критерии являются вполне достаточными для разграничения криминальных и легитимных форм порнографии. Для сравнения приведем критерии порнографии УК Турции: «…любые предметы или изображения непристойного содержания, оскорбляющие чувство стыда, возбуждающие или эксплуатирующие сексуальные желания людей» (ст. 426–428 восьмого раздела «Преступления против общественной нравственности и семейного уклада» УК Турции).[597]

Исторически один из первых процессов о непристойности проходил в Англии в 1727 г. Обвинитель Суда королевской скамьи в Вестминстер-холле сэр Филипп Йорк произнес речь, не потерявшую своей актуальности и в настоящее время. Он сказал: «Я настаиваю на утверждении, что это преступление… ведет к развращению нравов подданных короля. Благоденствие предполагает, что порядок считается нарушенным даже в тех случаях, когда не было совершено явное насилие… Я не стану утверждать, что каждый аморальный поступок, например обман, должен быть рассмотрен в суде, но если он оказывает разрушительное воздействие на нравственность в целом, если влияет или может повлиять на королевских подданных – это преступления общественного уровня».[598]

Основные исследования в отношении порнографии с уголовно-правовых и криминологических позиций сосредоточены вокруг нескольких актуальных тем (влияние на нормальное психосексуальное и нравственное развитие молодежи, насильственные сексуальные преступления и формирование аномальных, в том числе криминальных, форм сексуального поведения).

В вопросе о влиянии порнографии на насильственные формы сексуального поведения и формирование его аномальных форм много спорного и неоднозначного. Исследователями было обнаружено, что порнография может оказывать различное воздействие на индивида. Потребление порнографических материалов конкретным индивидом, кроме сексуального возбуждения, может вести к изменению в установках, ценностях и поведении. Связь сексуального материала и возбуждающего воздействия была показана в целом ряде работ американских исследователей.[599] Однако результат этих многочисленных исследований носит парадоксальный характер и заключается в том, что менее откровенные сексуальные материалы оказывали более возбуждающее действие, чем «жесткая порнопродукция».[600] Другими значительными результатами в этих исследованиях являются выводы: во-первых, сексуальное возбуждение может вырабатываться путем классического обусловливания определенными стимулами, т. е. практически действует по механизму «павловских условных рефлексов»;[601] во-вторых, интенсивное потребление порнографии с течением времени приводит к тому, что сексуальные отношения с половыми партнерами заменяются на сексуальные отношения без эмоциональной привязанности.[602]

В работе D. Zillmann, J. Bryant предлагается «модель возбуждения и валентности», которая призвана объяснить воздействие порнографии и эротики на мотивированную агрессию.[603] Модель состоит из четырех положений:

1) приятная и не возбуждающая эротика снижает агрессивность, нейтрализуя чувство гнева у спровоцированного субъекта;

2) неприятная и не возбуждающая эротика повышает агрессивность и усиливает чувство раздражения;

3) неприятная и не возбуждающая эротика повышает агрессивность, так как усилившееся чувство раздражения сохраняется и переносится на другие ситуации;

4) приятная и возбуждающая эротика создает атмосферу умиротворения, а не возбуждения.[604]