Сексуальные преступления как объект криминологии

Как отмечал Ж. Бодрийяр, буржуазно-промышленная революция постепенно избавляет индивида от привязанности к религиозным, моральным и семейным структурам, и он обретает свободу, но свободу, регулируемую нормами права.[307] Область права, в свою очередь, также становится дифференцированной на отдельные институты, и сформировавшийся институт уголовного права ориентируется, в первую очередь, на регуляцию свободного, внебрачного сексуального поведения. Начиная с эпохи французского Просвещения, в трудах Ш. Монтескье, Ч. Беккариа, Ж.-П. Марата формируются основные понятия уголовного права западной цивилизации, которое будет иметь репрессивный характер. Основание такой системы уголовного права будет заложено в постулатах, согласно которым причина преступлений лежит в безнаказанности и, соответственно, наказания должно сдерживать преступность, распущенность и девиантность, наказание должно быть равным для всех и устанавливаться только законами. Идеал гуманизма отразится в положении о том, что наказание не может быть жестоким, но должно носить характер оправданного возмездия за преступление – суровость находится в зависимости от тяжести совершенного преступления. Императив свободы воли, обоснованный И. Кантом, найдет отражение в западной традиции права – в положении о том, что свобода воли предопределяет ответственность за совершенное деяние. Возникшая в XIX в. антропологическая школа Ч. Ломброзо и Э. Ферри сместила основной акцент на изучении личности преступника и, несмотря на ряд крайних взглядов о врожденном характере преступлений, внесла значительные коррективы в теорию наказания, а именно: наказание должно исходить из особенностей личности преступника и основная цель – не кара, а защита общества от опасного индивида.

Индустриальная цивилизация Запада характеризуется тремя правовыми системами: романо-германской, англосаксонской, или общего права, и социалистической, или российской системой права. Несмотря на общность основных уголовно-правовых понятий внутри каждой из перечисленных систем, нормы права, регулирующие сексуальное поведение, в странах, где действует та или иная система, могут значительно варьировать.

а) Англосаксонская система общего права (common law)

Главной отличительной особенностью выступает прецедентный характер права, в последующем отдельные прецеденты объединяются в парламентских актах, образовывая статуты. Несмотря на объединение английского и американского права в одну семью, каждое в отдельности обладает наряду с общими чертами в большей мере спецификой и можно говорить о сложившемся американском варианте англосаксонского права. Сексуальные преступления по уголовному законодательству Соединенных Штатов Америки отличает, прежде всего, отсутствие единства норм, действующих на территории различных штатов. Однако существует ряд общих федеральных законов, среди которых наибольшее значение в отношении сексуальных преступлений имеют следующие:

1) Закон о предотвращении тяжких преступлений и правоприменительной деятельности 1994 г.[308]

2) Закон Джейкоба Ваттерлинга о преступлениях против детей и регистрации сексуальных преступников 1994 г.[309]

3) Закон Меган 1996 г.[310]

4) Закон о преследовании и идентификации сексуального преступника по делу Пэм Личнер 1996 г.[311]

5) Закон о насилии против женщин 1994 г.

6) Закон о предотвращении детской порнографии 1996 г.

7) Закон о предотвращении изнасилований с помощью наркотиков 1996 г.[312]

8) Закон о запрещении наркотика, способствующего изнасилованиям на свидании 2000 г.[313]

Все перечисленные законодательные акты (статуты) являются федеральными законами и определяют стратегию Министерства юстиции США в отношении тяжких сексуальных преступлений. Согласно большинству законов правоохранительным органам и органам местного самоуправления штатов необходимо знать списки и местонахождение вышедших на свободу лиц, совершивших сексуальное насилие; кроме того, должны реализовываться программы предупреждения общественности о живущих поблизости сексуальных преступниках, так называемое «принудительное уведомление общественности», особенно это касается лиц, совершивших сексуальные преступления в отношении детей.

Последние два законодательных акта, связанных с запрещением ряда психотропных средств (рогипнола и оксибутирата натрия), отражают наметившуюся тенденцию к приведению жертвы в бессознательное состояние с целью сексуального использования. В соответствии с этими законами считается преступлением подмешивание в пищу или питье жертвы сексуального насилия веществ, находящихся под особым контролем; за это преступление предусматривается до 20 лет лишения свободы.