Семь эпох Анатолия Александрова

Да и то сказать – сколько же людей и организаций втянуто в проект! Два главных конструктора – НИИХиммаш Доллежаля и КБ Африкантова, причём второй делает вдвое больше реакторов, чем первый. С десяток только головных институтов и управлений – НИИ-9 Бочвара, который, грубо говоря, заводами «В» занимается, получение конечного чистого плутония обеспечивает, «Проектстальконструкция» Мельникова – металлоконструкции котлов и ускорителей, ЦКТИ – котлотурбинный институт в Ленинграде, тоже детище дорогого Иоффе, кстати, на базе теплотехнического отдела ЛФТИ, и прочая, и прочая, и прочая. И всё переплетено, перемножено, дополнено заводами, обеспечивающими и транспортными структурами. И над всем этим – плотная туча Тайны. В которой соседним отделам одного института не должно быть видно, чем занимается другой.

А в чём задача научного руководителя? Да во всём. Рождать идеи, воплощать их в расчёты, те – в чертежи, чертежи – в модели и так далее? Если бы только. А ещё – смотреть чертежи конструкторов, думать и проверять, ибо и твоя подпись будет на них стоять. С конструкторами и материаловедами думать о конструкционных материалах. Смотреть за строительством на местах и думать со строителями, ибо никогда ни одно строительство не проходит без претензий к проектировщикам. Смотреть за наладкой и думать с наладчиками, ибо нет таких строителей, которые где-нибудь не напортачат. Смотреть за эксплуатацией котлов и думать с эксплуатационниками, ибо на этом этапе всегда всплывают огрехи конструкторов, проектировщиков, материаловедов, строителей и наладчиков. И эксплуатационников – тоже. Потому как все нештатные ситуации с работающими реакторами происходят у них, так сказать, на руках.

А.П. Бочвар. 1940-е гг.

Архив РАН

То есть смотреть и думать, думать и смотреть. Но главное – добиться того, чтобы все эти этапы, организации и люди работали вместе, взаимодействуя и дополняя друг друга. Синергию их усилий обеспечить – вот задача.

Конечно, столь же гениально решать её, как то делает Курчатов, вряд ли получится – то просто недостижимо, – да и всё Первое управление подменять не требуется. Но в области именно мыслительного, интеллектуального, изобретательского, если угодно, взаимодействия именно научный руководитель и есть собственное ПГУ…

Вот и приходилось мотаться по стране, смотря и вдумываясь в то, как ставятся реакторы на службу стране и её обороне.

А иногда и разрываться. Как в истории с изготовлением водородной бомбы. Когда Анатолию Петровичу нужно было делить себя между своим Институтом физических проблем, где велись работы по выделению трития, НИИХиммашем Доллежаля, где конструировался реактор АИ, на котором можно было этот тритий получать в промышленных количествах, и Базой-10, где одновременно велась подготовка к расширению завода «А» на ещё один реактор. А затем надзирать за строительством и налаживанием работы нового реактора.

По водородной бомбе всё настолько серьёзно пряталось, что засекречивание работ по атомной бомбе представлялось если не играми пионеров, то в лучшем случае дипломной работой студента в сравнении с докторской диссертацией.

Источник ионов времён начала Атомного проекта. Экспозиция в НИЦ «Курчатовский институт».

Фото автора

Изначально тему поднял в своём письме к Курчатову Я.И. Френкель: