Сергей Киров. Несбывшаяся надежда вождя

Это и был старт процессу образования единого советского государства. Комиссия сформировалась 11 августа из членов ЦК (Сталина, Куйбышева, Раковского, Орджоникидзе, Сокольникова) и из одного делегата от каждой республики. Ей надлежало оценить «проект резолюции о взаимоотношениях РСФСР с независимыми республиками», написанный Сталиным. Уже из первого абзаца становилось ясно, о чем идет речь: «Признать целесообразным формальное вступление независимых советских республик Украины, Белоруссии, Азербайджана, Грузии и Армении в состав РСФСР…» Под вступлением подразумевалось упразднение в республиках наркоматов внешних сношений, внешней торговли, путей сообщения, военного, финансового, почт и телеграфа, сохранение, но с прямым подчинением РСФСР наркоматов «продовольствия, труда и народного хозяйства», местных чекистов. Все прочие, как и прежде, располагали самостоятельностью.

Заметим, все члены комиссии от ЦК, кроме Раковского, являлись сторонниками автономизации. Раковский, хотя и считался «отнюдь «нелиповым» украинцем», в открытую пока не возражал, ожидая, что скажет большинство и особенно товарищ Ленин. Украина в лице Мануильского солидаризировалась с тезисами Сталина: да, надо двигаться «в направлении ликвидации самостоятельных республик и замены их широкой реальной автономией». Белоруссия в лице предсовнаркома А.Г. Червякова и секретаря ЦК КПБ В.А. Богуцкого собиралась последовать примеру Украины, если РСФСР поощрит её территориально – Витебской и Гомельской губерниями. В Закавказье тоже наблюдалось некое брожение, и не только в Азербайджане.

По мнению Орджоникидзе, «брыкаться» намеревались грузины. Так что многое, очень многое зависело от того, как поведет себя Баку. И наверняка перед тем, как предлагать на Политбюро создание вышепомянутой комиссии, Сталин основательно побеседовал с обеими ключевыми фигурами Закавказья – главой Федеративного союза Орджоникидзе и главой Азербайджана Кировым. Не для того ли и задержался наш герой в Москве и почтил своим вниманием очередной пленум ЦК?

Что ж, если Мироныч заверил генсека в надежности Баку, он не подвел. Пленум ЦК АКП 11 сентября 1922 года после дискуссии все же признал, что «сейчас момент требует формального закрепления единства Азербайджана с Россией на началах широкой автономии». Орджоникидзе не мешкая постарался развить успех, запросив аналогичную резолюцию у ЦК компартии Армении «к субботе вечеру», чтобы повлиять на позицию ЦК компартии Грузии. Суббота – 16 сентября. В Ереване уложились в срок, и к вечеру 16‐го известили Тифлис о принятых армянскими коммунистами на пленумах ЦК и столичного горкома решениях в поддержку автономизации.

Однако грузинский ЦК собрался на день раньше, в пятницу 15 сентября. Предвидя серьезную фронду, Серго пригласил из Москвы замнаркома финансов Г.Я. Сокольникова, а из Баку – Кирова. Тщетно. И пусть из пятнадцати членов ЦК на заседание не пришли девять (в том числе И.Д. Орахелашвили), шесть кандидатов позволили сформировать кворум. В итоге одиннадцатью голосами против одного (Ш. Элиавы) земляки Сталина постановили «объединение в форме автономизации независимых республик считать преждевременным», а объединение хозяйственное и общей политики необходимо проводить «с сохранением всех атрибутов независимости».

Это означало, что единодушного одобрения плана Сталина не будет, к грузинам примкнет «молчащий» Раковский, и Ленин, обнаружив раскол, во избежание неприятных эксцессов на национальной почве предпочтет уступить противникам автономизации. Самым прискорбным для Сталина было то, что сопротивление в Тифлисе организовал и возглавил его же выдвиженец П.Г. Мдивани, Буду, которого он лично на пленуме ЦК КПГ 7 июля 1921 года пролоббировал в председатели грузинского ревкома вместо строптивого Филиппа Махарадзе. Теперь Мдивани занимал должность предсовнаркома Грузии, но грузинский «суверенитет» отстаивал с не меньшим упорством, чем предшественник…

Разумеется, генсек попробовал все-таки повлиять на мнение Ленина, объяснив ситуацию в особом письме от 22 сентября, проведя 24 сентября через комиссию Оргбюро отредактированный вариант резолюции «о вступлении… в состав РСФСР» пяти независимых республик, через «заключение договора». Увы, Ленина это не убедило, и после разговора в Горках 26 сентября Сталин сдался, согласившись на формулировку своих оппонентов: об объединении равноправных республик в Союз Социалистических Советских Республик «с оставлением за каждой из них права свободного выхода из состава Союза»[225].