Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

В его состав вошли Ленинградский завод им. Ворошилова (бывший завод «Большевик»), завод «Красный Октябрь», Завод № 2 Всесоюзного автотракторного объединения в Москве (выпуск легких танков Т-27 и артиллерийских тягачей) и Харьковский паровозостроительный завод им. Коминтерна. Перед руководством Спецмаштреста были поставлены задачи обеспечить массовый выпуск находящихся в производстве танков, а также провести опытно-конструкторские работы по созданию новых, более совершенных боевых машин. В 1933–1934 годах в состав треста были дополнительно включены иркутский авторемонтный завод № 104 и кировоградский авиаремонтный завод № 105 им. Кагановича, Киевский завод им. В. Я. Чубаря и Харьковский автосборочный завод. Помимо ремонта гражданской продукции, на предприятие возлагался ремонт танков Т-26, Т-27, Т-37, БТ-7 и т. д. Основным танком постепенно станет Т-26 различных конфигураций, к концу предвоенного периода его численность составит почти половину всего танкового парка РККА[763].

Члены правительства во главе с И. В. Сталиным на трибуне

1932

Художник Ф. А. Модоров

[Из открытых источников]

7 ноября 1932 года состоялись очередной парад и демонстрация в Москве. На трибуне Мавзолея присутствовали Сталин, Ярославский, Енукидзе, Орджоникидзе, Каганович, Андреев, Молотов. Перед ними строем прошли танки Т-27, Т-41. Руководству страны был показан четырехосный грузовик ЯГ-12. В небе пролетели бомбардировщики, истребители-разведчики. В кильватерной колонне прошли четыре советских дирижабля — В-1, В-2, В-3 и В-4. Парад, посвященный 15-летию советской власти, продемонстрировал возросшую военную мощь СССР. Внес свой вклад в это и Орджоникидзе, не только руководя военными предприятиями, но и принимая личное участие в испытании новой техники. Так, вопреки предписаниям, он лично участвовал в качестве водителя в испытании первых советских танков[764].

После праздника состоялся торжественный прием, в котором приняло участие все советское руководство. Празднование продолжилось и на следующий день в неофициальной обстановке. Однако вскоре в семье Сталина произошла трагедия: 9 ноября покончила жизнь самоубийством его жена Надежда Аллилуева. Для Серго и Зинаиды Гавриловны это тоже был удар. Семьи дружили, часто проводили время вместе. Серго, как мог, утешал Сталина, находился рядом с ним, пытался его взбодрить.

Одновременно Орджоникидзе продолжал работать. 25 ноября он выступает на Политбюро с проектом постановления о строительстве Челябинского тракторного завода, по которому было принято решение о сроке пуска предприятия — не позднее 15 мая 1933 года. Также им поднимался вопрос о реконструкции уральских металлургических заводов.

В декабре 1932 года Серго курировал подготовку открытия Московского станкостроительного завода, который 19 декабря был введен в строй, причем Орджоникидзе лично принимал первые пять однотипных револьверных станков, произведенных на предприятии[765]. Завод будет носить имя Серго Орджоникидзе. Были и другие декабрьские события, которые следует отметить: «В декабре 1932 г. Иоффе в своем институте создал группу ядерной физики и в следующем году получил от народного комиссара тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе 100 000 рублей на новое оборудование, необходимое для ядерных исследований»[766].

Январский пленум 1933 года