Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

Пребывание в столице было опять недолгим. На заседании Политбюро 15 июля было принято решение о новой поездке Орджоникидзе в Сибирь и на Урал. Датой выезда его на Кузнецкий, Магнитогорский и другие уральские заводы было определено 20 июля[793]. Уже 26 июля он находился в Магнитогорске. Добрался до металлургического завода он не без приключений, но с пользой для дела. Поезд Серго из-за ремонта путей остановился на неопределенное время на станции Карталы. Не дожидаясь завершения работ, Орджоникидзе выехал на грузовике, посетив по пути рабочие поселки. При обследовании рабочих поселков и позднее завода он обратил внимание на то, что завод был размещен рядом с местом проживания рабочих, при этом не была учтена роза ветров, и часть отходов производства и пыль оседали на строящиеся жилые массивы. В результате Орджоникидзе принял, несмотря на дополнительные расходы, решение о переносе соцгородка на новое место, с учетом розы ветров[794]. Но этим его вмешательство не ограничилось.

27 июля состоялся актив Магнитогорского городского комитета партии. Все свое выступление на нем Серго посвятил решению социально-бытовых вопросов: «О соцгороде вашем нельзя говорить как о „соцгороде“. Это прямое оскорбление социализму. В нем жить нельзя». Орджоникидзе говорил о том, что везде грязь, тяжелый воздух, шум, чистота в городе, в жилых помещениях, в столовых не поддерживается, поэтому люди навряд ли захотят навсегда остаться тут. А как в этом случае закрепить кадры на заводе? Не создав стабильного коллектива, невозможно освоить этого сложнейшего производства. Заслуженный упрек он адресовал профсоюзной организации завода: «Как вы заботитесь об этом, дорогие товарищи? Неужели не можете организовать контроль над тем, что происходит в наших столовых и общежитиях, и поставить себе задачу (а по-моему, это — величайшая задача) улучшения культурно-бытовых условий рабочих на заводе и на стройке». Он потребовал назначить комендантов в домах и общежитиях и вменить им в обязанность следить за чистотой, строго спрашивать с тех, кто не обеспечивает ее; установите контроль жен рабочих в столовых, они не допустят, чтобы их мужей плохо кормили и обслуживали. Во дворах, на улицах нужно посадить деревья и цветы, дома оштукатурить. Это то, что можно сделать сразу и без особых затрат. Город надо строить по-новому. Орджоникидзе предложил выбрать «настоящий» тип домов, не щитовой, а с балконами и со всеми удобствами. «Этим вопросам нужно уделить столько же внимания, если не больше, сколько мы уделяли и блюмингу, и домнам, и мартену». Да, в годы первой пятилетки жилье приходилось строить наскоро, в основном временное: бараки, даже землянки. «А сегодня мы можем говорить иным языком, — сказал Серго, — теперь, когда будем строить города около Магнитки, около Челябинска, около Тагила, — мы должны строить как следует». По инициативе Орджоникидзе был разработан новый план строительства Магнитогорска. Осенью того же года он дал указание строить в Новокузнецке только благоустроенные дома, со всеми удобствами, с балконами. В начале 1935 года в докладе Наркомтяжпрома VII Всесоюзному съезду Советов Орджоникидзе с гордостью говорил: «…разработаны новые проекты городов Магнитогорска и Тагила, и по этим проектам будут строить настоящие, в полном смысле этого слова социалистические города»[795].

Отметим, что и в дальнейшем Григорий Константинович отслеживал подобные проблемы и на предприятиях других регионов. Так, спустя год при посещении Карабашского медеплавильного комбината «он обратил внимание местных работников на то, что газ от медеплавильных печей попадает в рабочий поселок. Нарком предложил построить трубы такой высоты, чтобы газ проносился над поселком и оседал за его пределами. Вернувшись в Москву, Орджоникидзе несколько раз возвращался к этому вопросу и не успокоился до тех пор, пока новые трубы не были закончены и газ перестал отравлять воздух в поселке»[796].