Сезон охоты на мужей

Риторика такого разговора никакого конструктивизма в себе не несла, а потому могла продолжаться хоть сутки. Ждать столько времени никто бы не стал. Так что в поселок на поиски пропавшей из монастыря девушки отправились лишь полицейские и, как ни странно, вызвавшаяся сопровождать их матушка Анна.

Глава 7

Кате пришлось посидеть в «холодной» не так и долго. Как только девушка стала замерзать, температура в «холодной» была хотя и повыше, чем на улице, но все же гораздо ниже комфортной для человеческого организма, к ним пришли двое слуг дяди Феодора. Но забрали они почему-то одну Катюшу. А Игнатию, сунувшемуся было к ним, строго велели:

— А ты тут сиди! О почтительности к старшим думай!

Девушку же провели обратно в дом. Причем она заметила, что теперь с ней обращаются более вежливо, чем первый раз. Тогда их с Игнатием тащили без всякого почтения, что называется, взашей. Катя даже удостоилась нескольких пинков, а теперь о них и речи не было. Проводили ее в дом без всяких грубостей, забрали верхнюю одежду, обувь и оставили одну, велев ждать. А чего ждать, не объяснили.

Вопреки недобрым предчувствиям и холодной дрожи, которая никак не хотела проходить, несмотря на теплое помещение, Катя с любопытством огляделась по сторонам, пытаясь понять, где она очутилась.

Это была совсем маленькая комнатка с одной-единственной кроватью, на которой громоздилась целая пирамидка из подушек, прикрытых сверху кружевной накидочкой. Все было очень уютно и по-домашнему. Подушек на кровати было сложено семь штук. Внизу самая большая, потом поменьше, сверху нее еще поменьше и так до самой последней седьмой, которая годилась разве что кошке. Но все они были набиты пухом и в нарядных белых наволочках.

Кроме кровати в комнате было еще небольшое трюмо с кучей ящичков и большим зеркалом. На полу лежал лоскутный коврик, прикрывавший блестевшие от чистоты деревянные половицы. И в углу стояла деревянная лавка, рядом с которой были навалены длинные прутья.

К чему тут они? Разве что корзины плести на досуге?

А вот окошко в комнате было всего одно и расположено так высоко, что добраться до него у Катюши не получалось. Недоумевая, зачем бы ее сюда привели, Катюша все равно была довольна. Тут было гораздо приятней, чем внизу в «холодной», которая, честно говоря, была всего лишь погребом.

Утомленная всем произошедшим с ней, Катюша даже прилегла на кровати, удивившись ее мягкости. Матраса тут не было, но на деревянных досках лежало несколько набитых пухом матрасов. Они и придавали удивительную мягкость этому ложу. Впервые в жизни Катя полностью осознала выражение «нежиться в кровати». На современных матрасах особенно не понежишься, не приспособлены они для этого. А вот почти утонув в мягкой пуховой перине, Катя разве что не мурлыкала от удовольствия.

Вот только долго радоваться теплу и уединению ей не пришлось. Отворилась соседняя дверь, и в комнату вошли две крепкие бабоньки. Было им лет по сорок-пятьдесят, но толком определить их возраст не удавалось из-за толстого слоя белил и румян, которые покрывали их лица. В первый момент Катя даже испугалась, не заболели ли тетки какой-то жуткой кожной болячкой. Белоснежные лица, угольно-черные брови, алые пятна на месте щек и рта. Вдобавок бабы были в сарафанах, а на головах у них были какие-то остроугольные сооружения, прикрытые сверху расшитыми золотом платками.

— Ой!

Катюшу с кровати словно смело. Она отпрянула подальше от странных гостий, но тех это не смутило.

— Голубушка, ладушка, красавица ты наша! — льстиво принялись приговаривать они, заходя с двух сторон, оглаживая и ощупывая Катюшу. — Ладная да справная какая. Всякому жениху забава ласковая.

Приговаривая такую чушь, они повели несопротивляющуюся Катюшу к дверям. По дороге к ним присоединилось еще несколько женщин, и все они принялись дружно оглаживать да прихорашивать девушку. Катя даже застеснялась от такого внимания. Женщин было много, и каждая норовила погладить Катюшу или как-то иначе ласково к ней прикоснуться.

Но что им всем от нее было нужно? Все это было как-то странно. Тем более что женщины завели старинные песенки-прибаутки, в которых часто упоминалась невеста — белый лебедь и жених — быстрый сокол.

Катя недоумевала. К чему все это?

Между тем женщины привели ее в еще одну комнатку, где прямо посредине стояла медная ванна, доверху полная воды. В комнате было прохладно, и из белесой воды поднимался густой пар. Часть женщин встали вокруг ванны, держа в руках большую простыню. Получилось что-то вроде кабинки, в которой лучше сохранялось тепло. А другие женщины в это время принялись раздевать Катюшу.

Они продолжали петь, подталкивая Катюшу к ванне. И девушка поняла, что банных процедур ей не избежать. Было немного странно принимать ванну в окружении такого количества распевающих на разные голоса женщин. Но в конце концов это еще не самое плохое, что могло случиться с Катей. И девушка покорно ступила ногой в теплую воду.

К ее удивлению оказалось, что белесоватой воду делает молоко, которое одна из женщин подливала в этот момент.