Шпион поневоле

Молоденькие девушки, входившие в сферу интересов Рикки, зарабатывали неплохие деньги, и то, что составляло необлагаемые налогом тридцать процентов, плюс то, что ему удавалось по-приятельски вымогать, позволяло Рикки достаточно неплохо держаться. Он даже владел паями в трех казино и занимался спекуляциями недвижимостью, путешествуя от Нассау до Сардинии. И вот теперь этот беспутный, едва волочащий ноги (он весил, должно быть, около пятнадцати стоунов* и не весь этот вес состоял из мышц) великосветский сводник с прогнившими мозгами оказался со мной в одной команде. Я слегка хихикнул, представив себе Квина, прижигающего старину Рикки каленым железом и посмеиваясь спрашивающего, сколько лет тот занимается тем, что поставляет девочек.

___________________________________________________

* английская мера веса, равная 6, 34 кг

- Пошли, Рикки, допивай и расскажи мне обо всем, пока мы что-нибудь съедим. - Рука об руку мы, два перевоспитавшихся хулигана, покинули наш ужасно дорогой отель и взяли такси. На отвратительном французском языке, перемешанном с ругательствами и непристойностями, Рикки объяснил водителю, как проехать к ресторану, о котором ему рассказывал один его богатый друг.

Снаружи тот выглядел достаточно скромно, без всяких претензий, внутри пахло великолепно, мы устроились в темном уголке и его лицо неясно вырисовывалось передо мною в колеблющемся свете свечей.

- Это длинная история, Филипп. И главным образом во всем виноват мой чертов старик. Среди равных себе он слыл достаточно сообразительным и во время войны его втянули в какую-то работу в разведке. Там кишело членами палаты лордов, тупыми, как пробка, и большими любителями легких денег. После того, как война кончилась, отца отправили в отставку, но наше семейное имя осталось в их книгах, если ты понимаешь, о чем я говорю.

Очень симпатичная официантка, вероятнее всего дочка владельца ресторана, охраняемая как девственница-весталка, взяла у нас заказ и поставила нам графинчика "Вэн дю Пэи"*. Я не отказался бы с ней поразвлечься и по сузившимся глазкам и влажным губам Рикки понял, что он чувствует то же самое.

__________________________________

* сорт вина

- Одна из особенностей моего бизнеса, - задумчиво продолжил он, - то, что цепочки контактов у меня такие же длинные, как турецкие колючки. Так что можно сказать, что в этом смысле я представляю определенный интерес для разведывательных служб, особенно если учесть, что большая часть информации, которой я обладаю, не относится к той, которую люди рекламируют, а шпионаж всегда являлся нашей семейной традицией.

- Ну вот, а старина Руперт, который, - но это только между нами, - как Вечный Жид толкает перед собой тележку со всяким барахлом, понял, что я могу быть полезен для его расширяющейся империи. - Он отхлебнул глоток вина. - Боже мой, какая грубятина.

Я тоже сделал глоток, но мне вино показалось приятным. Думаю, что дворецкие семейства Килмари, ведавшие огромными винными подвалами семейства, с детства выработали у него повышенную чувствительность в этом вопросе.

- Возвращаясь к истории о моем несчастьи, должен сказать, что этот поганец Руперт пригласил меня пообедать, не меньше чем у "Клариджа", и во время десерта внес свое предложение. Разумеется, я немедленно отказался. Я не очень люблю шпионить, если это не приносит мне непосредственной прибыли и, кроме того, мое время слишком занято заботой о куколках. Ты не можешь себе даже представить, Филипп, сколько времени это отнимает. Им всегда нужны новые платья, новые прически, отдых, чтобы загореть до черноты, у них постоянно кончаются противозачаточные таблетки и им приходиться делать аборты. Я уж не говорю о том, что они ведут свои финансовые дела так, что постоянно оказываются в убытке.

- Таким образом, достаточно вежливо, но я отказался. После чего эта несчастная изъеденная молью гнида сказала, что я должен согласиться, иначе меня ожидают шесть лет тюрьмы.

Я расхохотался, и в это время девушка принесла нам луковый суп. Это было совсем не похоже на тот обезвоженный навоз из пакетиков, который вам предлагают в Лондоне, добавляя несколько надоевших кусочков поджаренного хлеба. Этот был просто великолепен.

- Понимаю, что ты почувствовал, Рикки. Должен сказать, что мне предлагалось только пять лет.

- Да, он мне сказал. Он тоже хохотал, как ехидна, Ну, а что делать? Шесть лет без малейшей надежды на сокращение срока - это чертовски большой кусок жизни. Потому я и подписал его чертов контракт. Но это ещё не все. Я по-прежнему занимаюсь своими куколками, так как Квин сказал, что они поставляют весьма недурную информацию. Этот чертов шестой отдел перехватил половину моих знакомств и я ещё должен был выполнять их глупые поручения. И к тому же ещё вечерние занятия всем на свете от дзю-до до японского языка. Они заставили меня работать до полусмерти.

Я снова засмеялся, но не слишком искренне.