Швейцария. Полная история страны

В 1891–1893 годах Плеханов неоднократно обращался к правительству Женевского кантона с заявлениями, что он не анархист или террорист, но Государственный совет Женевы, в свою очередь, попросил российское консульство в Берне предоставить сведения по его персоне, и в ответ российский посланник А. Ф. Гамбургер написал: «Сам по себе Плеханов не был бы так уж опасен, если бы его сотрудниками и друзьями не были такие явные нигилисты, как Аксельрод, Дейч, Вера Засулич и другие».

Так что тот факт, что Плеханов – отец семейства, а его жена изучала медицину в Женеве, никакой роли не сыграл.

А потом положение Плеханова и Засулич еще более усложнилось из-за того, что 24 июня 1894 года итальянский анархист Санте Казерио убил президента Франции Сади Карно.

Г. В. Плеханов с В. И. Засулич вынуждены были переехать в Лондон.

В Женеве Р. М. Плеханова делала все, чтобы добиться разрешения на возвращение мужа, и, в конце концов, 23 ноября 1894 года женевское правительство отменило решение о бессрочном изгнании и выдало Г. В. Плеханову разрешение на пребывание в городе.

В. И. Засулич чуть позднее также было предоставлено право на постоянное пребывание в Швейцарии.

Спокойное пребывание эмигрантов в Швейцарии зависело, с одной стороны, от международного политического положения и, с другой – от доброй воли государственных деятелей. На примере Г. В. Плеханова и В. И. Засулич мы видим, что эти факторы могли действовать одновременно.

ШТЕФАН РИНДЛИСБАХЕР, швейцарский историк

Получается, что женевское правительство было не в курсе того, чем занимались Плеханов и Засулич. Более того, оно обладало весьма туманными представлениями о русских анархистах, нигилистах и террористах. Чем это все закончилось, мы знаем: Г. В. Плеханов стал одним из основателей РСДРП, а В. И. Засулич, вернувшись в Россию, стала одной из активных нигилисток, а потом примкнула к меньшевикам.

Главным «русским» городом Швейцарии, безусловно, была Женева: именно туда стремились переехать революционеры, студенты, интеллигенция.

Очень характерный пример: в 1909 году преподававшая философию в Бернском университете Анна Павловна Тумаркина, родившаяся в 1875 году в Могилевской губернии, стала первой женщиной-профессором, которая получила абсолютно равные права с профессорами-мужчинами, что вызвало настоящую сенсацию не только в Швейцарии, но и за ее пределами

Большинство российских эмигрантов в Швейцарии посвящали свою жизнь политике. Например, из Лондона сюда перебрался А. И. Герцен. В Женеве основатель «русского социализма» совместно с Н. П. Огаревым издавал журналы «Женевский вестник» и «Колокол». Позже именно в Швейцарии строили свою политическую карьеру анархист М. А. Бакунин (кстати, он умер и похоронен в Берне – на Бремгартенском кладбище) и большевик В. И. Ульянов (Ленин).

Швейцария и Первая мировая война

В Первой мировой войне Швейцария занимала позицию так называемого «вооруженного нейтралитета». С началом войны, 1 августа 1914 года, в Швейцарии прошла мобилизация, собравшая около 220 000 человек. Однако роль армии ограничилась лишь охраной границ от возможного вторжения, и в последующие годы ее численность заметно снизилась – до 12 500 человек к концу войны.

На время войны нейтральная Швейцария стала приютом для беженцев, русских революционеров, а также деятелей искусств.

Именно благодаря им в Швейцарии родился «дадаизм».

Это литературное течение зародилось в Цюрихе, в кабаре «Вольтер», когда его основатель поэт Тристан Тцара обнаружил слово «дада» (dada) в словаре. «На языке негритянского племени Кру, – писал Тцара в манифесте 1918 года, – оно означает хвост священной коровы, в некоторых областях Италии так называют мать, это может быть обозначением детской деревянной лошадки, кормилицы, удвоенным утверждением в русском и румынском языках. Это могло быть и воспроизведением бессвязного младенческого лепета. Во всяком случае – нечто совершенно бессмысленное, что отныне и стало самым удачным названием для всего течения».

Дадаизм возник как реакция на Первую мировую войну, жестокость которой, по мнению дадаистов, лишь еще сильнее подчеркнула бессмысленность существования. Проще говоря, главной идеей дадаизма было последовательное разрушение какой бы то ни было эстетики. Дадаисты провозглашали: «Дадаисты не представляют собой ничего, и, несомненно, они не достигнут ничего, ничего и еще раз ничего».