Сияющая луна. Автобиография Дилго Кхьенце, а также воспоминания семьи, друзей и учеников

Где бы ни находился Кхьенце Ринпоче, он казался огромным. Однажды в Непале он сидел в своей комнате, когда на встречу с ним пришла женщина с ребёнком. Пока женщина простиралась, ребёнок взглянул на Кхьенце Ринпоче и сказал: «Мама, мама, смотри какой великан!». Матери стало неловко, и она попыталась успокоить ребёнка, но он не унимался и продолжал кричать: «Какой огромный!». Когда вы были рядом с ним, благословение, идущее от него, ощущалось так сильно, что в нём хотелось просто раствориться.

Всякий раз, когда Кхьенце Ринпоче давал учения, в его речи не было дополнений или повторений, и создавалось впечатление, словно он читал по книге. Ещё одно особенное качество, которое я заметил в нём, заключалось в том, что вам необязательно было быть последователем школы ньингма, чтобы стать его учеником, как того требовали другие учителя.

Однажды в Шотландии я путешествовал вместе с Кхьенце Ринпоче и Аконгом Тулку на автомобиле. Аконг Тулку задавал Кхьенце Ринпоче много вопросов. Когда он спросил: «Кто сегодня является твоим лучшим учеником?» – Ринпоче ответил: «Сенгтраг Тулку». С тех пор как Кхьенце Ринпоче не стало, я слышал о нём много разных историй, и у каждого она своя. Ринпоче дарил другим ощущение, что они самые особенные. Не хватило бы и книги, чтобы пересказать все эти удивительные истории.

Кхьенце Ринпоче всегда говорил о том, как важно объединить свой ум с Дхармой, а практику – с повседневной жизнью. Он любил повторять: «О хорошем практикующем судят не тогда, когда всё в порядке. Ясно обнаружить недостатки чьей-либо практики можно при возникновении трудностей». Он подчёркивал необходимость объединить свой ум с учением в медитации и привносить качество этой медитации во все свои действия. Он постоянно предлагал нам проверить, становились ли мы в результате практики более хорошими людьми, удавалось ли нам постепенно освобождаться от беспокоящих эмоций, могли ли мы наслаждаться внутренней свободой и свободой от беспокоящих эмоций.

Он утверждал, что мерилом успеха нашей многолетней практики являются внутреннее спокойствие и всё меньшая уязвимость в различных внешних обстоятельствах. Результатом практики Дхармы должны стать внутренняя свобода и глубокое счастье. Это может произойти только в том случае, когда исчезают отрицательные эмоции и запутанность ума. Он подчёркивал, что мы упускаем из виду цель нашей практики, если яды нашего ума всё ещё имеют над нами силу, без конца мучая нас и заставляя беспокоиться о себе.

Эта биография правдиво и без преувеличений рассказывает о том, кем был Кхьенце Ринпоче, как он жил, чем занимался каждый день. Пример его жизни может послужить вдохновением для многих. В наши дни, когда так мало настоящих учителей, многие, читая эту биографию, смогут обнаружить, какими качествами обладает великий мастер, что, вполне возможно, поможет им отыскать подлинного учителя.

Несмотря на то что Кхьенце Ринпоче с нами уже нет, каждый, кто читает записи его учений или письменные труды, может испытать глубину его мудрости и сострадания. Даже те, кто ещё не достиг просветления, могут обрести и излучать некоторое внутреннее благополучие, что само по себе является признаком хорошего практикующего. Слабый практикующий может держать в себе много напряжения и быть сложным в общении. Такой практикующий имеет множество беспокоящих мыслей и проблем, с которыми он не в состоянии справиться. В сравнении с ним сильный практикующий естественным образом становится более открытым и испытывает внутреннюю свободу. Имея перед глазами вдохновляющий пример Кхьенце Ринпоче и преисполнившись уверенности и энтузиазма, мы можем воспользоваться выпавшим шансом и с радостью, прилежанием и состраданием вступить на путь бодхисаттвы.

Шечен Рабджам РинпочеПаро Сацам Чортен, Бутан

Май 2007 г.

Предисловие переводчика на английский язык

Где-то в 1993 году, спустя несколько лет после кончины Дилго Кхьенце Ринпоче, в то время, когда готовилось к печати собрание его сочинений, Шечен Рабджам Ринпоче попросил меня перевести автобиографию Кхьенце Ринпоче. Кхьенце Ринпоче начал писать эту автобиографию, когда ему было за семьдесят, и забросил её перед тем, как покинуть Кхам и отправиться в Центральный Тибет в середине 1950-х. Поскольку жизнеописание было не окончено, то в последовавшие после просьбы Рабджама Ринпоче годы я стала собирать и переводить интервью близких Кхьенце Ринпоче – его жены, родственников, помощников, близких учеников, чтобы завершить биографию. Я также перевела несколько аудиозаписей, в которых содержались устные истории, которые Кхьенце Ринпоче рассказывал Дзонгсару Кхьенце и другим ближайшим ученикам. В конце концов я смогла начать перевод самого рукописного текста только в 2004 году, после того как я перевела и издала «Жизнь Вайрочаны».