Читаем Синица за пазухой. Рассказы и новеллы о войне и не только полностью

Трус даёт мне распечатанные посты полугодовой давности. Один называется «Почему Россия не моноэтническое государство?», другой «Национальные государства и мультикультурность». Экскурс в историю, разоблачение дезы про татаро-монгольское иго, сравнение темпов экономического развития моноэтнических и многонациональных стран, то же по моноконфессиональности. Ну и что? Против фактов не попрёшь. Единый этнос быстрее развивается на начальном этапе, легче мобилизуется, однако же потом начинается застой и его обгоняют многонациональные страны, и так далее. Где тут разжигание национальной вражды? Всё отрицаю, требую проведения независимой экспертизы, хотя понимаю, что такой у нас в-принципе не существует, особенно если учесть, куда я попал. По ходу случайно слышу, что Педик разбился вчера на трассе, ногу отняли, лежит в реанимации. Кто бы сомневался.

Остаток дня проходит опять в мучительном безделии. Уснуть удаётся не сразу, мысли всякие в голову лезут, скоро 15 суток закончатся, а вдруг мне всё-таки предъявят какие-то обвинения, самые нелепые, это неважно, их же никто не проверяет, что хотят, то и делают, и придётся мне тут гнить много месяцев, ждать экспертиз, окончания следствия, суда… На зоне хоть всё ясно, что и как, сколько дали, сколько осталось, никто тебя допросами не мучает, койка своя, кормят более-менее, время в работе быстро летит, а тут как в общем вагоне тесно, душно, голодно и неопределённость мучает.

Как всё-таки наши сны связаны с явью? Почему они сбываются? В первый раз у меня это получилось случайно. Помню, мне нравилась одна девочка из нашего класса. Давно это было. Мне было 13 лет. И был у нас один парень, прирождённый интриган, подлец, слизняк такой. Прознал он случайно про это, да и стукнул одному второгоднику, хулигану со стажем, который тоже на неё глаз положил. Он меня как-то подкараулил во дворе школы и избил на глазах у всех. Был он намного сильнее меня и с богатым опытом в смысле драк, а я же драться вообще не умел тогда, всё книжки читал да о полётах к звёздам мечтал. Мне бы уйти после этого домой да там прийти в себя, но я же дисциплинированный, пошёл на урок, сижу с фонарём под глазом, а эта сволочь аж соплями радости заливается, как солнце сияет, всем рассказывает вокруг кто меня и за что. Возненавидел я его, душа требовала мести, но что мог я сделать? Он тоже был меня сильнее. И вот сплю я и вижу сон, будто встречаю я этого слизняка, а он какой-то маленький, как гномик, страшненький, заросший, коротконогий. Хватаю я его за шиворот, тащу за собой, он упирается, пыхтит, а вокруг толпа собирается. Весь класс на него смотрит, пальцем показывает, я поворачиваюсь и вижу, что он стоит в одежде клоуна, весь размалёванный, красный нос картошкой, лицо белое, вокруг глаз черные нарисованные ресницы. Все вокруг смеются, за животы держатся, а он стоит, моргает. Через несколько дней тот же второгодник, что избил меня, вместе со своими дружками решил над ним поглумиться, схватили они его посреди коридора, перевернули вниз головой и вытряхнули из штанов и трусов на глазах всего класса. Девчонки, сконфузившись, стыдливо отвернулись. Парни в шоке следили за происходящим. Тем временем слизняк вырвался, вскочил и, на ходу оправляясь, схватил свою папку из кожезаменителя, с которой он ходил вместо портфеля, да и дёру. Было это в самом конце учебного года, в шестом классе, а в седьмой он с нами не пошёл, родители его перевели в другую школу. Тогда я не придал случившемуся большого значения, посчитав всё случайностью, ну, в крайнем случае, вещим сном.

Потом был ещё один случай, много позже, когда меня кинул партнёр по бизнесу. Это стоило ему левого глаза. Тогда я впервые задумался о том, что сны могут влиять на реальность, надо только спать сознательно, помня, чего ты хочешь, зачем ты спишь. При этом совсем не обязательно кому-то мстить, кого-то калечить или создавать кому-либо какие-нибудь неприятности, можно и хорошие дела делать, ну, строить, например, музыку сочинять, писать стихи, путешествовать. Потом наяву всё само приходит, и стихи, и музыка, и стройка идёт безболезненно, все тебе помогают, деньги находятся на материалы и так далее.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пропавшие без вести
Пропавшие без вести

Новый роман известного советского писателя Степана Павловича Злобина «Пропавшие без вести» посвящен борьбе советских воинов, которые, после тяжелых боев в окружении, оказались в фашистской неволе.Сам перенесший эту трагедию, талантливый писатель, привлекая огромный материал, рисует мужественный облик советских патриотов. Для героев романа не было вопроса — существование или смерть; они решили вопрос так — победа или смерть, ибо без победы над фашизмом, без свободы своей родины советский человек не мыслил и жизни.Стойко перенося тяжелейшие условия фашистского плена, они не склонили головы, нашли силы для сопротивления врагу. Подпольная антифашистская организация захватывает моральную власть в лагере, организует уничтожение предателей, побеги военнопленных из лагеря, а затем — как к высшей форме организации — переходит к подготовке вооруженного восстания пленных. Роман «Пропавшие без вести» впервые опубликован в издательстве «Советский писатель» в 1962 году. Настоящее издание представляет новый вариант романа, переработанного в связи с полученными автором читательскими замечаниями и критическими отзывами.

Константин Георгиевич Калбанов , Юрий Николаевич Козловский , Степан Павлович Злобин , Виктор Иванович Федотов , Юрий Козловский

Боевик / Проза / Проза о войне / Фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Военная проза
Семейщина
Семейщина

Илья Чернев (Александр Андреевич Леонов, 1900–1962 гг.) родился в г. Николаевске-на-Амуре в семье приискового служащего, выходца из старообрядческого забайкальского села Никольского.Все произведения Ильи Чернева посвящены Сибири и Дальнему Востоку. Им написано немало рассказов, очерков, фельетонов, повесть об амурских партизанах «Таежная армия», романы «Мой великий брат» и «Семейщина».В центре романа «Семейщина» — судьба главного героя Ивана Финогеновича Леонова, деда писателя, в ее непосредственной связи с крупнейшими событиями в ныне существующем селе Никольском от конца XIX до 30-х годов XX века.Масштабность произведения, новизна материала, редкое знание быта старообрядцев, верное понимание социальной обстановки выдвинули роман в ряд значительных произведений о крестьянстве Сибири.

Илья Чернев

Проза о войне