Сионизм - орудие агрессивных империалистических кругов

Однако Джексон смог добиться одобрения своей позиции не сразу. Дело в том, что группа лидеров еврейской общины была тесно связана с «Комитетом за переизбрание президента», активно вела агитацию за республиканского президента среди еврейских избирателей и не хотела накануне выборов оказаться в оппозиции администрации Никсона. Кроме того, среди участников совещания НКЗСЕ были сторонники тогдашнего президента ВЕК Н. Гольдмана, выдвигавшие на первое место лозунги «свободного культурно-национального развития советских евреев» и не проявлявшие особого энтузиазма в отношении требования «свободной эмиграции»²⁶. Наконец, на совещании присутствовали представители сенатора Дж. Джавитса, выступавшие за «менее жесткий» подход к эмиграционному вопросу. В какой-то степени их позиция объяснялась конкурентными соображениями — они были недовольны стремлением Джексона представить себя главным «защитником еврейского дела» и тем самым «монополизировать» в своих руках политическую и экономическую поддержку еврейской общины. В позиции либеральных сенаторов был и еще один важный момент. В течение многих лет они, особенно Дж. Джавитс, выступали в поддержку политики «наведения мостов» с Советским Союзом и другими социалистическими странами. Расширение торговли между Востоком и Западом рассматривалось ими как важный инструмент этой политики. Конкуренция между Джексоном и Джавитсом создавала определенные трудности сторонникам поправки.

В этих условиях развернулась усиленная обработка сенаторов в ходе кампании, начатой НКЗСЕ на местах. В обстановке приближающихся выборов демагогическая кампания «в защиту советских евреев» набирала темпы. Джексону и сионистским лоббистам удалось оказать нажим на своего оппонента, организовав в еврейской общине выступления с обвинением Дж. Джавитса в «мягкости» по отношению к Советскому Союзу. «Бунт» внутри произраильской коалиции был ликвидирован.

5 октября 1972 г. Г. Джексон официально внес свою поправку к законопроекту о торговле в сенат. К этому времени в списке соинициаторов этой поправки числилось 76 сенаторов, что автоматически гарантировало ее принятие этой палатой конгресса. Затем началась активная кампания в палате представителей, где аналогичную поправку внес конгрессмен Ч. Вэник.

Сионистское лобби в Вашингтоне и за его пределами развернуло массированную кампанию по нажиму на членов палаты представителей, действуя и напрямую, и через избирателей. «Помощник Вэника по административным делам Марк Талисман стал с утра до вечера обзванивать все 435 секретариатов членов палаты представителей, предлагая каждому выступить соинициатором того же законопроекта (поправки Вэника. — Авт.) на новой сессии конгресса. В некоторые секретариаты он звонил по 15 раз. Одновременно кампания на местах, организованная НКЗСЕ, начала приносить устойчивый «урожай» писем от избирателей даже тем конгрессменам, в избирательных округах которых мало евреев. Поток писем возрос после 18 января, когда исполнительный вице-президент «Комитета по американо-израильским общественным отношениям» И. Кенен, тесно связанный с Вашингтонской группой, направил послание примерно тысяче еврейских руководителей по всей стране»²⁷,— писал журнал «Нью-Йорк тайме мэгэзин». 7 февраля 1973 г. Ч. Вэник внес свою поправку, подписанную 259 соавторами, в палату представителей.

Бывший президент Р. Никсон в своих мемуарах характеризует группировки, объединившиеся на платформе поправки Джексона — Вэника, следующим образом: «Объединение сил, представлявших разные полюса политического спектра, привело к созданию странной коалиции. Киссинджер позднее сравнивал ее с таким редким явлением, как затмение солнца. С одной стороны, либералы и американские сионисты решили, что настало время бросить вызов эмиграционной политике Советского Союза, особенно в отношении советских евреев. С другой стороны, были консерваторы, которые традиционно выступали против разрядки, поскольку она противоречила их идеологической оппозиции любым контактам с коммунистическими странами. Мой запрос в апреле 1973 года о предоставлении Советскому Союзу торгового статуса наиболее благоприятствуемой нации встретил объединенное сопротивление обеих групп: либералы хотели, чтобы законодательство о статусе наиболее благоприятствуемой нации было обусловлено изменением эмиграционной политики; консерваторы хотели вообще сорвать это законодательство, считая в принципе, что разрядка плоха сама по себе»²⁸.