Сирийский марафон. Часть первая. В тени летучей мыши

– Да, неплохие, капитан. Вчера, по наводке нашего «языка» разнесли один домишка, тут недалече. Саммит случился у боевиков. Ударили «Калибрами» с подводной лодки. Раз такая оказия, чего ж не попробовать новое оружие в деле? А, в той «собачьей свадьбе» участвовал непосредственный шеф нашего курдского героя. Теперь, полагаю, пойдет на повышение. Кстати, как он там?

Носорог ухмыльнулся:

– Оклемался, шкет. Выпивку просил. Стресс снять. Пришлось объяснить, что можем предложить только рауш-наркоз новейшим методом под названием «хук справа», не более.

– Гуманист, вы, капитан, право слово. Ладно, проехали. Задача нашей группы доставить его на турецкую территорию, обеспечив крепкой легендой, которая объясняла бы где охламон отсутствовал целых три дня. Вариант, «завис у бабы» не прокатывает. Забыл сказать, нам еще крупно повезло, когда ты давеча по броневичку с гранатомета стрельнул, лейтенантик турецкий тут же ласты и склеил. В Центре как данные на курда получили, мигом прикинули перспективы вербовки в темную. Тут же дали команду армейскому спецназу, чтобы попроведовали пострадавших. Один живехонький оказался. Рассказал, на радостях, кто-такой этот чел, не в курсе. А, лейтенант был чужой, первый раз с ними в патруле. По догадкам, из военной разведки. Перед кончиной, так заторопился, что на связь с командованием не выходил. А, после вашей стрельбы, господин капитан, и возможности не стало. Рация качественно накрылась медным тазом, – не торопясь рассказывал Кайда, попивая чай мелкими глотками.

– Значит складывается, пасьянс? – потер ладони Носорог. Майор, хмыкнул:

– Не говори «гоп». С легендой для бегемота идеи есть?

****

– Что ж, милейший, приходиться ногу вам вывихнуть, – Кайда соорудил скорбную мину на лице. Курд напрягся:

– Других вариантов нет? Скажем, был у любовницы. Есть такая, подтвердит при необходимости.

– Вы сами понимаете, зависит как спрашивать будут. А, нам требуются железобетонные доказательства. Так какую? Правую или левую? Хирург, кстати, предлагал ягодицы прострелить. Типа, когда героически отступая, нарвался на злодейскую пулю снайпера, – майор смиренно ждал ответа.

– Левую. Только не ломать, а вывихнуть, – сдался курд.

Группа с черепашьей скоростью двигалась плоскогорьем. Майор, для чистоты эксперимента, заставил курда самому вышагивать среди валунов, скакать через мелкие осыпи и уворачиваться от колючих кустарников. Чупа-Чупс выстрогал болезному палку на пример костыля и тот, уныло шкандыбал, тихо матерясь, как между собой посчитали разведчики, на непонятном языке. Через два часа Носорог подошел к майору:

– Командир, в таком темпе, не то что к вечеру, к полудню не дотащимся до границы. Предлагаю, соорудить носилки и тащить бегемота. Встречать будут люди Абдулы?

Кайда еще раз посмотрел на унылую процессию и плюнул:

– Ладно, черт с ним. Попрошу курдов, чтобы прогнали борова до кровяных мозолей. Для пущей натуральности. Делай носилки!

****

Носорог коротко хохотнул. Идущий впереди майор удивился:

– Чего ты? Смешинка в рот попала?

Капитан покрутил головой:

– Вспомнил физиономии группы курдов, когда поняли, что хромоножку тащить придётся.

Кайда усмехнулся:

– Тяготы службы. Куда без них. Через два километра на юг повернем. Там есть русло высохшей речки. По нему за час выйдем в точку рандеву. Отправь Ляха в головной дозор на правый фланг.

Трель жаворонка тревожно прозвенела справа. Разведчики замерли. С левой стороны вторила другая пичуга. Жаворонки не унимались, трижды перекинувшись трелями. Носорог наклонился к самому уху:

– Командир, идут. Шестеро. Может пропустим?

– Не получиться. Место узкое, голое. Если у них приборы ночного видения …

Будем атаковать. Двое на правый склон, двое на левый. Лях с Хоттабычем работают по замыкающим, – тихо проговорил в микрофон рации Кайда.

Пять щелчков в ответ прозвучали в наушнике.

Черные фигуры выплывали из темноты. Звука шагов не было слышно. За спиной второго качнулась согнутая ветка антенны.

– На басмачей не похожи. Стиль другой. Хотя, кого у них только нет, – мелькнуло в голове майора.

–Тук, – мягко, словно плюшевый мишка, упал со стула.

– Тук, тук, – мягкие игрушки падали с полки. Двое черных, идущие последними, еще заваливались, как майор гаркнул в голос:

– Огонь!

Ночной встречный бой на короткой дистанции страшная штука. Красно-желтые вспышки, пули осами мимо, буханье гранат и град секущих осколков. Все кончилось вдруг. Черные молчали.

– Работаем «Зарей», на счет «три». Готовы? Раз, два, три, – Кайда швырнул светозвуковую гранату туда, где чернели скомканные тела. Следом полетели еще две «Зари». Майор, уткнувшись лицом в землю, плотно зажмурился. Три вспышки порвали ночь.